Живёт он с нею; а эта купеческая дочь опомнилась от болезни, что ей служанка-то причинила: ничего она не видит, а только слышит. И слышит она, что стерегёт старичок скотину; стала ему говорить:
– Где ты, дедушка, находишься?
– Я живу в избушке.
– Прими и меня с собою.
Старичок принял её. Она и говорит:
– Дедушка, отгони скотину-то!
Он её послушал – отогнал скотину. И посылает она этого старика в лавку:
– Возьми ты бархату и шёлку в долг.
Старик пошёл. Из богатых никто не дал в долг, а дали ему из бедной лавки. Принёс он слепенькой бархату и шёлку. Она ему говорит:
– Дедушка, ложись спать и ухом не веди; а мне что день, что ночь – всё равно!
И стала из бархату и шёлку царскую корону шить; вышила такую хорошую корону, что глядеть – не наглядишься.
Поутру рано будит слепенькая старика и говорит:
– Поди, отнеси к царю; ничего не проси, а проси только глаз; и что над тобой ни будут там делать, – ничего не бойся!
Вот он пришёл во дворец, принёс корону. Тут все над этой короной сдивовались и стали у него торговать; а старичок стал у них просить глаз. Сейчас донесли царю, что он глаз просит. Царь вышел, обрадовался короне и начал торговать её, а тот и с него глаз просит. Ну, царь заругался и хотел уж его в острог сажать. Только что́ царь ни говорит, а он своё дело правит. Царь скричал своим жандармам:
– Подите, у пленного солдата вырежьте глаз!
А жена его, царица, сейчас выскочила, вынимает глаз и даёт его царю. Царь очень обрадовался:
– Ах, как ты меня выручила, царевнушка! – и отдал старику этот глаз.
Старик взял и пошёл со дворца; пришёл в свою избушку. Слепая спрашивает:
– Взял ли ты, дедушка, мой глазок?
Он говорит:
– Взял.
Вот она приняла у него, вышла на зорю, поплевала на глазок, приставила – и стала видеть.
Посылает она старичка опять в лавки, дала ему денег, велела долг отдать за шёлк и за бархат и ещё приказала взять бархату и золота. Взял он у бедного купца и принёс купеческой дочери и бархату и золота. Вот она села шить другую корону, сшила и посылает старичка к этому же царю, а сама приказывает:
– Ничего не бери, только глаз проси; а станут тебя спрашивать, где ты взял, – скажи: мне бог дал!
Пришёл старик во дворец; там все сдивовались; первая корона была хороша, а эта ещё лучше. И говорит царь:
– Что ни давать, а купить надо!
– Дай мне глаз, – просит старик.
Царь сейчас посылает вырезать глаз у пленного, а супруга царева тут же и вынимает другой глазок. Царь очень обрадовался, благодарит её:
– Ах, как ты меня, матушка, выручила этим глазком!
Спрашивает царь старичка:
– Где ты, старичок, берёшь эти короны?
– Мне бог дал! – сказал ему старик и пошёл со дворца.
Приходит в избушку, отдаёт глазок слепенькой. Она вышла опять на зорю, поплевала глазок, приставила его – и стала видеть обоими глазами. Ночь спала в избушке, а то вдруг очутилась в стеклянном дому, и завела она гулянья.
Едет царь посмотреть, что такое за диво, кто такой построил эти хоромы? Въехал во двор, и так она ему рада, сейчас его принимает и за столик сажает. Попировал там, уезжает и зовет её к себе в гости. Вернулся к себе в дом и сказывает своей царице:
– Ах, матушка, какой в этом месте дом и какая в нем девица! Кто что ни вздумает, то она узнает!
Царица догадалась и говорит сама себе:
– Это, верно, она, которой я глаза вырезала!
Вот царь опять едет к ней в гости, а царице очень досадно. Приехал царь, попировал и зовет её в гости. Она стала убираться и говорит старичку:
– Прощай! Вот тебе сундук денег: до дна его не добирай – всегда будет полон. Ляжешь ты спать в этом стеклянном дому, а встанешь в избушке своей. Вот я в гости поеду; меня вживе не будет – убьют и в мелкие части изрубят; ты встань поутру, сделай гробок, собери мои кусочки и похорони.
Старичок заплакал об ней. Тем же часом жандармы приехали, посадили её и повезли. Привозят её в гости, а царица на неё и не смотрит – сейчас застрелила бы её.
Вот и вышла царица на двор и говорит жандармам:
– Как вы эту девку домой повезёте, так тут же иссеките её в мясные части и выньте у ней сердце да привезите ко мне!
Повезли они купеческу дочь домой и разговаривают с ней быстро; а она уж знает, что они хочут делать, и говорит им:
– Секите ж меня скорее!
Они иссекли её, вынули у ней сердце, а самою в назём закопали и приехали во дворец. Царица вышла, взяла сердце, скатала его в яйцо и положила в карман. Старичок спал в стеклянном дому, а встал в избушке и залился слезами. Плакал-плакал, а дело надо исполнить. Сделал гроб и пошёл искать её; нашел в навозе, разрыл, собрал все части, положил их в гроб и похоронил у себя.
А царь не знает никакого дела, едет к купеческой дочери в гости. Приехал на то место – нет ни дома, нет ни девицы, а только где она схоронена, там над ней сад вырос. Вернулся во дворец и стал царице рассказывать:
– Ездил-ездил, не нашёл ни дома, ни девицы, а только один сад!
Вот царица услыхала об этом; вышла на двор и говорит жандармам:
– Ступайте вы, посеките на том месте сад!
Приехали они к саду и стали его сечь, а он весь окаменел.
