Сомерсет, 1837 год «Я люблю тебя, моя дорогая» Тонкое искусство убеждения. Дариус Рурк и его жгучая страсть к женщине. Нежной Марианне… столь прекрасной и загадочной. Когда Дариусу представляется возможность сделать ее своей невестой, он пользуется ей с осознанием, что Марианна, наконец, будет принадлежать только ему. Будет ли? У Марианны есть тайна. Что-то, во что она верит, помешает ей когда-либо стать достойной любви любого мужчины — даже властного Дариуса несмотря на то, что он полностью очаровывает ее. Взгляд… Ласка… Поцелуй… Задумчивая чувственность. Сочно-страстная история о влюбленных, запутавшихся в раскрытии грехов и тайн друг друга. Когда Дариус и Марианна отправятся в совместное путешествие, они обнаружат, что научиться приказывать так же важно, как научиться поддаваться. Мужчина, который знает, чего хочет… Женщина, которая нуждается в нем, чтобы узнать себе цену… «Я люблю тебя, моя дорогая»
Каждое воскресенье Дариус стратегически выбирал свое место. Достаточно близко, чтобы уловить ее запах, просто сидя позади нее в церкви. Он ждал этого, зная, что последует дальше, потому что был знаком с выбором ее духов. До него доносилась едва уловимая мягкая нота фиалок, ее нежная сладость одновременно будоражила и успокаивала. Наслаждаясь моментом, когда он мог втянуть в себя даже самую крошечную частичку ее тела, Дариус предавался простому удовольствию дышать ею.
Ее шея была его любимой частью тела. Ему нравилось смотреть на то место, где ее волосы кофейного цвета были зачесаны наверх и из них выбивалось всего пару прядей. Предаваясь безумным фантазиям о ней, он представлял, как бы она выглядела со всеми этими великолепными волнами, ниспадающими на ее бледную обнаженную кожу. О том, как он отбросит их в сторону и прикоснется губами к тому месту, которое ему так хотелось познать. Он думал о триумфе полного обладания ею. Об ее мягком, податливом теле под его твердым и властным, принимающем его внутрь, когда он берет ее.
В том, что он так сильно хотел ее, не было ничего нового. Ему было знакомо это чувство уже давно. По мнению Дариуса, Марианна была совершенством.
Марианна, возможно, и идеальна, но ее отец был идиотом. Мистер Джордж был слабым человеком. Он начал пить после смерти своей жены, поставив семью на грань разорения своим пьянством и азартными играми. При том темпе, которым он двигался, Дариус полагал, что падение ее отца в любом случае будет хорошо вписываться в его собственные планы. Будучи терпеливым человеком, Дариус не думал, что ему придется ждать так долго. Ее отец позаботился бы об этом для него.
***
Волосы у нее на затылке зашевелились, и она поняла. Его глаза были прикованы к ней. Снова. Марианна огляделась, как только служба закончилась. Да, действительно. Он стоял и смотрел — его темные глаза призывали ее встретиться с ним взглядом.
Ее отец вежливо кивнул ему.
— Мистер. Рурк, добрый день.
— Мистер Джордж. Мисс Марианна, Вы сегодня хорошо выглядите. — Мистер Рурк тепло поприветствовал их обоих, но его взгляд остановился только на ней.
— Да, сэр, Марианна всегда прекрасна. Она пошла в свою мать, упокой, Господи, ее душу. — Он перекрестился. — Осмелюсь сказать, во всем Сомерсете не найти никого прекраснее, — похвастался он.
Марианне захотелось заползти под скамью от унижения. Почему папа говорил такие вещи? Его тонко замаскированная попытка познакомить ее с таким богатым джентльменом, как Дариус Рурк, была крайне неуместной. Она почувствовала, как ее шею заливает жаром.
— Папа, пожалуйста! — Она потянула отца за руку, чтобы увести его прочь. Бросив сочувственный взгляд на мистера Рурка, она одними губами произнесла:
За грубость своего отца, прежде чем повернуться, чтобы уйти.
— Что? Может ли отец не желать лучшего для своего ребенка? Он восхищается тобой! Тебе было бы полезно подбодрить его, девочка! — Он практически выкрикивал свое мнение Марианне, когда она выводила его на церковный двор. Мистер Рурк должен был быть глухим, чтобы не услышать это.
— Тише, папа! — Она молча поклялась пропустить церковь в следующее воскресенье, потому что не знала, как сможет предстать перед мистером Рурком после этого ужасающего зрелища.
Что-то заставило ее обернуться. И Марианна точно знала, что ее будет ждать, когда это сделает.
Все еще стоя на том же месте, следя за ней, мистер Рурк улыбнулся, его восприятие было всезнающим, словно он был уверен, что она повернется к нему.
О, Боже милостивый! Должно быть, я в аду.
По меньшей мере на десять лет старше ее, мистер Рурк был тихим человеком, обладавшим аурой таинственности, которая намекала на уровень сложности его характера, но оставалась должным образом скрытой под джентльменскими манерами его положения. В большинстве своих отношений с другими, он оказывал едва уловимое влияние, не совсем заметное во всем, что он говорил или делал, но, тем не менее, узнаваемое. Марианна находила его красивым. Своими благородными чертами лица он привлекал внимание многих женщин. Высокий и широкоплечий, он блестяще сочетался со своими прекрасными европейскими костюмами. Его кожа была темнее, чем обычно бывает у англичан, золотистый оттенок идеально сочетался с темными волосами и глазами. Он был прекрасен.
Но, если отбросить мужскую красоту, Дариус Рурк был не для нее. Ни один мужчина не был для нее.
