– Рома!.. – в панике вытолкнула, ощутив его горячую ладонь между ног.
Тело беспомощно задрожало, руки уперлись в стальную грудь.
– Тише, моя девочка, – услышала ласковое и хриплое в ответ.
Рома развернул меня к себе спиной, поймал запястья и уложил животом на стол. Мощное мужское тело нависло надо мной, не позволяя подняться. Я оказалась не в силах ничего сделать, когда юбка поползла вверх, и настойчивые пальцы коснулись промежности поверх белья.
Дернувшись, я жалобно всхлипнула, а Радов тут же поймал мое лицо и повернул к себе. Опьяненный взгляд встретился с подчиняющей синевой его глаз.
– Хочешь знать, почему я холодный и черствый? – низким голосом спросил он, незаметно сдвигая полоску трусиков. – Потому что из-за всей этой гребаной ситуации нахожусь в ярости! Потому что ждал, что моя женщина будет тылом, а не еще одной проблемой…
– Ах!..
Он мягко проник в меня пальцами, пресекая любую попытку отстраниться. Затем глубже и резче, отбирая последний контроль. Дополняя возбуждение горячим дыханием, касаясь губами мочки уха.
В животе сладко заныло. Я выгнулась и зажмурилась, ощущая, как к бедрам приливает кровь.
– Но ты все равно моя, Надя, – раздался жесткий шепот надо мной. – Я впустил тебя в свою жизнь, и так просто не отказываюсь от подобных решений! Нет смысла сомневаться в том, что ты значишь для меня. Я готов многое переломить в себе… чтобы снова и снова слышать твое признание.
Толчок. Толчок… Натяжение волос на затылке. Толчок!
– М-м-м!
Ему пришлось зажать мой рот, потому что сдерживаться уже было невозможно. Я вся покрылась испариной от немыслимого сопротивления, казалось, каждая мышца в теле напряжена!
– Любить – это всегда риск, – расслышала я через свое шумное дыхание и сдавленные стоны. Гипнотический голос Ромы звучал как маятник, который не давал мне потеряться. – Но если ты сможешь полюбить меня. По-настоящему. Без страха. Доверяясь и принимая… – Из меня вырвалось неуправляемой мычание от подступающего оргазма. – Я положу весь мир к твоим ногам.
Волна острого удовольствия пронзила мое тело и заставала содрогаться в сладком забытие. Уронив голову на стол, я долго не могла избавиться от шумного тумана в сознании, но чувствовала, что Рома остается рядом. Дышит тяжело – со мной в унисон и делит мысли, оставшиеся после его последних слов.
Внезапный стук заставил резко очнуться. Я испуганно всколыхнулась, но увидев, что мужчина сохраняет спокойствие, поняла – никто не посмеет войти. Он медленно отстранился, давая мне возможность подняться и поправить одежду. Но далеко не отходил. Терпеливо ждал, когда я решусь встретиться с его испытующим взглядом.
Меня морозило и вело. А еще плакать хотелось. Я поняла, что окончательно запуталась в том, что происходит. И в себе и в своих чувствах…
– Сейчас можешь ехать домой, – вдруг сказал Рома твердым спокойным тоном, и я тут же подняла глаза. – Вечером я отправлю за тобой Алексея. И если ты не сядешь в машину… Для меня это будет ответом.
Я нахмурилась, задавая немой вопрос. А он уверенно продолжил:
– Я пойму, что возложил на тебя слишком много, и ты не готова продолжать эти отношения.
– Рома!..
– Нет, ты должна хорошо подумать, Надя, – отсек мужчина, глядя в упор. – Я не стану ни к чему тебя принуждать. И не волнуйся – никаких последствий не будет. Я приму любое твое решение.
В сердце резануло. Он не спеша отступил от меня и направился к двери, которая хлопнула как выстрел. В помещение осталась лишь звенящая тишина. Она заставила меня почувствовать себя безумно опустошенной. И безумно растерянной…
Выходя из комнаты допроса, я даже не взглянул на начальника отдела безопасности.
– Роман Давидович…
– В помещение не входить, пока девушка сама не выйдет! – приказал я, и мой голос, хриплый от напряжения, эхом отразился в коридоре. – Все вещи вернуть и больше не задерживать!
– Хорошо, Роман Давидович, – отозвался Тимирев, поспевая за моим чеканным шагом. – Извините, что прервали… У нас появилась информация, которая требует вашего внимания.
Я поправил галстук, будто он душил меня, и глухо уточнил:
– Какая?
– Мы можем назвать имя, – сообщил подчиненный, понизив тон. – Как вы и предвидели, он потерял бдительность и выдал себя.
Ее голос настойчиво звучал голове, как тревожный импульс, от которого невозможно скрыться.
– Мне нужен полный доклад. До этого момента никаких действий, – велел я стальным тоном.
Тимирев уверенно кивнул.
– Все уже готово.