— Ну ты и гад. — Покачав головой, я приготовился все рассказать. — Да, прекрасно. Восхитительно. Лучшее время в моей жизни.
Лиам присвистнул.
— Маверик в этом хорош, да?
Я попытался сдержать просившуюся улыбку, но в итоге проиграл борьбу.
— Ты даже не представляешь, насколько.
— Ну почему же? Учитывая, что свои умения он хотел применить вначале ко мне, то вполне могу себе представить.
На этот раз я все-таки спихнул брата с барного стула и ухмыльнулся, когда тот упал на задницу.
— Чувак, я пошутил, — запротестовал он, поднимаясь на ноги. — Сделаешь так еще раз и свалишься вместе со мной.
— Еще раз заговоришь о Кил… э-э-э… Маверике и не сможешь подняться.
— Туше, — усмехнулся он и вытер джинсы. Усевшись рядом со мной, он допил свой напиток и поднял руку для повторения заказа. На этот раз Лиам подождал, пока принесут выпивку и только после этого заговорил. — Значит, тебе нравится этот парень настолько, что ты нарушаешь свои правила.
— Похоже на то. — Я взял салфетку и вытер запотевшие края стакана. — Я не хотел. Я старался не поддаваться, Богом клянусь, правда, но…
— Но?
— Наверное, у меня не так много самообладания, как я думал.
— Чушь собачья. Ты был рядом с искушением в течение многих лет и никогда не сдавался, со времен Джон… — Лиам остановился и покачал головой.
— Я хочу сказать, если бы ты не считал Маверика достойным, ты бы не нарушил правила.
— Вот так просто?
— Вот так просто, — согласился Лиам и сделал еще один глоток. — Тебе нужно было это? Подтверждение, что ты поступил правильно?
Я поставил опустевший стакан и вытер руки о штаны.
— Думаю, я позвал тебя сюда, чтобы ты мне сказал, что я не облажался по полной.
— Сожалеешь?
— Нет, — быстро ответил я.
— Тогда вот тебе и ответ.
— Нет, я… то есть, конечно, я не жалею. Он потрясающий, Кил… Маверик, — исправился я, заметив краем глаза приближение бармена. — Идеальный, правда. Он просто классный парень. Понимаешь? Он совсем не похож на других музыкантов из групп, с которыми я работал, со всеми их наркотиками, фанатками и рок-н-ролльным дерьмом. Ну, я уверен, что там были поклонницы… в смысле, посмотри на него — но никого с тех пор, как я начал управлять группой, что в мире рок-музыки… вечность. — Я поиграл с обрывком нитки в шве брюк и сделал себе пометку отдать их портному. — Он забавный, обаятельный и… милый.
Лиам удивленно поднял брови, и я рассмеялся.
— Он милый. Только ради Бога, никому об этом не говори. Ему нужно поддерживать репутацию.
— Хм-м-м. — Лиам почесал щетину на скуле. — Думаю, ты в него влюбился. Полагаю, эта концепция тебе совершенно чужда, и теперь из-за нее ты в себе сомневаешься. Но если тебе нужен мой совет… Перестань бороться так сильно. Ты так серьезно ко всему относишься: к работе, к личной жизни… ну, когда она у тебя есть. Ты сам мне сказал — чтобы идти за желаемым, нам не нужно ничье разрешение. Так что последуй своему собственному совету. Не облажаешься.
Когда Лиам положил руку мне на плечо, я посмотрел на брата и кивнул.
— Спасибо, Ли. Именно это мне нужно было услышать.
— Обращайся. — Он поднес стакан к губам и нахмурился, заметив, что тот пуст. Потом нахмурился еще сильнее, когда оглядел барную зону и обнаружил, что она тоже пуста. — Куда, черт возьми, он делся?
Пожав плечами, я сказал:
— Я сейчас вернусь, ладно? Возьмешь мне еще виски сауэр? — поднявшись и собираясь уходить, я налетел на пропавшего бармена. Или, скорее, я налетел прямо на поднос со стопками в его руках.
Выругавшись, я уставился на ликер, заливший мне рубашку и брюки, а Лиам у меня за спиной расхохотался.
— Грациозно, брат. Эй, может, Маверик захочет все это слизать?
Я бросил на Ли сердитый взгляд, но сказанное казалось неплохой идеей.
Отлично. Теперь я всю ночь буду думать о том, как Киллиан меня облизывает.
Внезапно мне нестерпимо захотелось подняться наверх.
ГЛАВА 30
Киллиан
Я постучал карандашом по подбородку и уставился на лежащий передо мной блокнот. Последние два часа я играл с мелодией, которую никак не мог выбросить из головы. Мотив был медленным, напоминавшим сердцебиение, и для меня не стало загадкой, откуда возникло желание сесть и снова писать —
Идея пришла сегодня утром, когда мы лежали в его постели. Леви вплотную притиснулся к моему боку, щекой улегся на моей груди, и по всей моей коже выводил пальцами узоры.
Боже. Я был по уши влюблен. Настолько, что в ту же секунду, как покинул его номер и вошел в свой, автоматически потянулся за блокнотом и гитарой. Когда дело касалось моей музыки и писательства, эмоции — хорошие или плохие — всегда становились катализатором. Нет ничего более вдохновляющего, чем ненависть к кому-то или, как в моем случае, любовь…
