Страсть. Ненависть. Любовь (ЛП) полностью

— Ты же там не заснул? — спросил Киллиан, возвращаясь в комнату с полотенцем в руке и самодовольной улыбкой на лице. — Я знаю, что работал с тобой сверхурочно и все такое, но я с тобой еще не закончил.

— А я-то думал, что у меня нерабочее время.

— Как менеджер рок-группы, ты должен знать, что у тебя любое время — рабочее.

Забравшись обратно на кровать, Киллиан бросил мне полотенце и растянулся рядом.

— Так как бы ты это назвал? — спросил я.

Киллиан пробежал по мне взглядом.

— Личная консультация с клиентом.

Я усмехнулся.

— А по какому именно вопросу мы консультируемся?

— Совместимость?

— Хм-м-м, — протянул я, и, закончив вытираться, отбросил полотенце в сторону. — Насколько понимаю, это очень важно.

— Очень, — согласился Киллиан, лаская пальцами мое бедро. — Я хочу сказать, что не позволяю никому видеть меня таким обнаженным и… уязвимым.

Я опустил взгляд на твердеющий член Киллиана и выгнул бровь.

— По мне ты не выглядишь слишком уязвимым.

— Это на нервной почве.

— Я заставляю тебя нервничать?

Киллиан взял мою руку и прижал к своей груди.

— Я нервничаю из-за того, что к тебе чувствую.

Я посмотрел в голубые глаза напротив, и мое сердце бешено заколотилось. От увиденного захотелось испытать с Киллианом все, что только возможно.

— Ты серьезно, да?

Киллиан наклонился и коснулся меня своими губами.

— Наконец ты меня услышал.

— Ну, твой член довольно убедителен.

Его рот открылся, а глаза расширились.

— Что? — спросил я.

— Я пытался быть искренним, — сказал Киллиан.

— Знаю. Я тоже.

Киллиан тихо рассмеялся.

— Думаю, мне нравится эта твоя сторона.

— Ты думаешь? Я полагал, что ты уверен, — поддразнил я.

Закатив глаза, он спросил:

— Если я кое в чем признаюсь, ты будешь надо мной смеяться?

— Я подумаю, — Киллиан застонал, а я рассмеялся, толкнув его в грудь. — Я шучу. Просто никогда не думал, что ты можешь быть таким… милым.

— Продолжай в том же духе, и я перестану быть милым.

— Ладно, ладно. Что ты хотел сказать? Никаких заумных комментариев, обещаю.

Киллиан покачал головой, и я скрестил пальцы в клятве. Он вздохнул.

— Ты меня спросил, уверен ли я в этом. Леви, я был уверен в тебе с той минуты, как ты вошел в мою жизнь.

— Видишь, когда ты говоришь такие вещи, мне хочется тебе верить.

— Тогда почему не веришь?

Я с трудом сглотнул.

— Думаю, что начинаю.

— Хорошо. Потому что ты должен знать, я никогда не причиню тебе боли.

Я очень сильно хотел верить словам Киллиана, действительно хотел. Но я был не из тех, кто легко позволяет себе влюбиться. Не после той боли, через которую прошел в прошлый раз.

Но может быть… только может быть… на этот раз все будет по-другому.

— Позволь мне, — попросил Киллиан, прижимаясь своим лбом к моему. — Разреши быть для тебя единственным.

Лежа в объятиях Киллиана в окутывающей нас ночи, я засыпал и представлял, каково это — принадлежать Киллиану, и знать, что он принадлежит мне.

ГЛАВА 27

Киллиан

БАМ-БАМ-БАМ.

Из глубокого сна меня выдернул громкий стук в дверь, и тут же рядом на кровати кто-то подскочил.

Не просто кто-то — Леви.

Черт возьми. Я до сих пор был в его номере. Даже не помню, как отрубился, хотя это случилось не так уж и давно.

Приподнявшись на локте, я потер глаза тыльной стороной ладони и принялся наблюдать, как Леви в спешке натягивал вчерашние спортивные штаны. Сквозь занавески просачивалось солнце, освещая мужчину и выставляя на всеобщее обозрение его упругий зад.

Под лежащей на бедрах простыней у меня дернулся член, более чем готовый к следующему раунду.

Бам-бам-бам.

— Почему никто не открывает эти чертовы двери? — завопил Вайпер.

Леви замер и взглянул на меня. Не нужно было ничего говорить: через две секунды я был уже на ногах и, завернув простынь вокруг талии, скрылся из виду.

Какого черта Вайперу понадобилось в такую рань?

Было слышно, как Леви отпирает и распахивает дверь, не дожидаясь нового стука. Прижимаясь спиной к стене, я подвинулся ближе, чтобы подслушать разговор, при этом оставаясь вне поля зрения.

Вайпер тихо присвистнул.

— Леви, я и не знал, что ты тренируешься.

Черт, он что, не потрудился надеть рубашку? Я не мог его винить — Леви должен быть голым круглые сутки, каждый божий день — но не хотел, чтобы Вайпер видел то, что принадлежит исключительно мне.

Мне?.. Когда я начал думать о Леви как о моем?

Леви откашлялся.

— Вайпер, что тебе нужно?

— Мне нужно, чтобы вы, придурки, открыли свои чертовы двери.

Какой темпераментный говнюк.

— Моя открыта, так в чем проблема?

— Киллиан не отвечает.

Последовала небольшая пауза и вопрос Леви:

— И это моя проблема, потому что?..

— Потому что Килл всегда открывает дверь. А еще телефон. На него он тоже не отвечает.

О, черт, мой телефон. Я даже не знал, где он… может, до сих пор в кармане джинсов? Дело дрянь, потому что, где они, я тоже не знал.

Вайпер преувеличенно вздохнул.

— Я пытался стучать в номер Слейда, номер Джаггера, мать его, номер Имоджен… никто ни хрена не отвечает.

— Хоть я и рад быть последней инстанцией, но, может, скажешь к чему такая срочность?

Послышался звук похожий на шелест бумаги.