Могучий лес предстал пред войском Аратрона, мелкие снежинки, падая, кружились в танце. Как только войско Аратрона галопом влетело в лес, кони в тот же миг превратились в прах. Аратрон со своим войском обратился в стаю бес-рылых горгойлов. В лесу снег уже покрыл все тропы, коряги и пни. Не теряя времени, стая горгойлов неслась, сметая всё на своём пути. Клочья замерзшей земли, смешанной со снегом, отлетали от мощных лап горгойлов, глубокие следы когтей исполосовали ближайшие стволы старых дубов и елей. Из огромных пастей валил пар, от горячего дыхания горгойлов таял падавший снег, который всё больше и больше покрывал собой лес. Несясь вперёд навстречу снежному ветру, стая горгойлов вылетела прямо к небольшому замёрзшему озеру. Аратрон, который всё это время был во главе стаи в образе огромного тёмно-коричневого горгойла, остановился. Вся стая, следовавшая за ним, встала. Выдыхая горячие пары из пасти, он медленно подошёл к берегу озера, окружённому камышом. Взмахом мощной лапы он выломал часть камыша и вступил на лёд замёрзшего озера. Лёд, казалось, застонал от мощи огромного зверя. Вдруг по краю берега пополз лёгкий тягучий дымок тумана. Аратрон – горгойл, сморщив морду, медленно наклонившись, всматриваясь в застывший лёд, заметил, что снег, лежавший на озере, по крупинкам исчезал, а лёд становился всё прозрачней и прозрачней. И вот он отчётливо увидел сквозь лёд, средь различных водных трав, прекрасных полуобнажённых дев, блиставших неописуемой красой, которые кружили хоровод, подняв свои красивые головы и кружась в хороводе, они смотрели прямо на Аратрона, бесстыдно демонстрируя свои роскошные тела. Аратрон секунду пребывал в замешательстве, его брови недовольно сдвинулись, однако, подняв свою горгулью морду и чуть оскалившись, он как бы усмехнулся; обернувшись и взглянув на своё воинство, он резко рванул с места и помчался вперёд. Стая горгойлов последовала за своим хозяином. Они неслись как вихрь, пересекая замёрзшее озеро, оставляя за собой след изрезанного льда.
В камине потрескивали поленья. На огромном дубовом столе дымился небольшой чан, который был только что снят с огня, благоухания которого, казалось, окутали весь замок. За столом сидели маг Тамерлан и ведьма Анабель. Зачерпывая большой деревянной ложкой варево, старуха медленно и осторожно подносила его к своим тонким, исполосованным множеством морщин, губам.
– Хорош! Крепкий сытный мёд! Ай, как хорош! – хриплым голосом приговаривала Анабель.
– Да! Напиток, дарующий мудрость! Пьянящий мёд! – в свою очередь произнёс Тамерлан. Немного помолчав, наслаждаясь вкусом медовухи, старуха молвила:
– Двадцать шесть лет прошло. Со дня на день Аратрон войдёт в этот мир!
Прищурив свои глаза, Тамерлан внимательно взглянул на старуху и произнёс:
– Что беспокоит тебя больше, Анабель? Ритуал, который принесёт Аратрону силу над равными ему? Или же бессмертие и бракосочетание Габриэль с Князем тьмы? – помолчав немного, он добавил: – И уже с более могущественным Князем тьмы!!!
– Я потеряла свою единственную сестру, – произнесла Анабель. – Как ты знаешь, я не успела передать ей достаточно магической силы и не смогла добыть ей бессмертие, она всегда противилась дару, передававшемуся нам по наследству рода! Она хотела жить среди людей, но те видели в ней ведьму, и никогда не принимали ее за свою. Сколько раз она пыталась творить добро, но они уничтожили ее! Я не смогла спасти ее, но спасла ее дитя! Анну-Габриэль! И уже один раз мы почти потеряли ее, но смогли возродить! Бессмертие ей может подарить только Аратрон! Она получит силу над равными себе! Я же получу вечную жизнь дочери моей сестры! Мой род будет продолжаться! Он не погибнет и наберет силу!
Выслушав старуху, Тамерлан произнес:
– Ты расскажешь ей о матери? И о том, кем она приходится тебе?
Анабель, зачерпнув ещё немного медовухи, отпив, произнесла:
– Придёт время, и я расскажу! Но как я и сказала – придёт время. А оно ещё не пришло! – сказав это, старуха потянула свою костлявую руку к посоху.
– У тебя хорошо, но дома лучше, Тамерлан! – с этими словами она медленно поднялась с дубового кресла, подошла к догоравшему камину. Чуть наклонив свою седую голову, старуха чуть заметно улыбнулась, и в ту же секунду исчезла, оставляя от себя пару вороньих перышек.
Маг Тамерлан, наблюдая за кружившими перьями, подумал, что есть у старухи с этого и своя, какая-то выгода. Не очень ты в своё время беспокоилась о своей сестре – слабой ведьме! Ну да ладно, придёт время, как ты и сказала. Поднявшись из-за стола, Тамерлан взглянул на почти догоравшие поленья в камине, мгновение – и он оказался рядом, протягивая свои огромные ладони рук к огню. Он вдруг с силой погрузил их в самый жар; при этом закрыв глаза, он с жаром шептал слова, больше похожие на некие заклинания.
