Вскоре оказалось, что подвал освещал не только их фонарь, но еще и специальные световые шахты – весьма изобретательно устроенные в стенах, они пропускали внутрь неяркий дневной свет. В этом помещении с каменными стенами и покатым потолком царила приятная сухая прохлада. Потолок поддерживали каменные «ребра», а пол был вымощен тем же желтоватым известняком, из которого выстроили и весь дом.
Джорджетта с удивлением озиралась – она еще никогда не видела таких помещений. Казалось, подвал этот перенесли сюда из какого-то сказочного замка, хотя весь остальной дом сэра Фредерика выглядел вполне современно. Вдоль одной из стен стояли шеренги бочек и бочонков. Обхваченные тяжелыми железными обручами, они стояли на донышках, а на крышках были этикетки с названиями вин. Цвет древесины бочек варьировал от янтарного до серовато-коричневого – эти были почтенного возраста. Вдоль второй стены протянулись деревянные полки, и каждая была в той или иной степени заполнена стеклянными бутылками. Некоторое хранились в горизонтальном положении – дном наружу, другие же, толстенькие как луковицы, стояли вертикально, но чуть наклонно – как будто опьянели от собственного содержимого.
Одни бутылки были коричневыми, другие зелеными или же зеленовато-серыми (вероятно, самыми старыми). На одних были этикетки, написанные от руки, на других – ярлыки с печатным текстом. На некоторых бутылках можно было увидеть процарапанную на стекле букву, а какие-то вообще оставались бы неопознанными, если бы не прибитые к полкам деревянные дощечки с названиями. А напитков тут оказалось великое множество, и все они были расположены в таком идеальном порядке, какой Джорджетте даже не снился.
– Похоже, это и есть настоящая библиотека сэра Фредерика, – тихонько пробормотала девушка, снова и снова оглядывая винный погреб.
Можно многое понять о человеке, исследуя его библиотеку. Винный погреб сэра Фредерика свидетельствовал о том, что баронет мало путешествовал, зато много покупал. И было ясно, что он так часто потворствовал своим капризам, что капризы вошли у него в привычку. Однако так уж устроены эти коллекционеры – собиратели книг например. Многие из тех, кто приходил в магазин Фростов в поисках редких томов, были готовы расстаться с любой суммой – только бы заполучить желаемое.
Может, это тоже своего рода цель? Об этом Джорджетта думала все чаще с тех пор, как отправилась в странствия в обществе лорда Хьюго. И, конечно же, она не знала, что станет делать, когда путешествие подойдет к концу.
Однако в данный момент ее цель – промыть рану Хьюго. А еще – найти украденное золото и подготовиться к отъезду.
Что же касается Хьюго, то сейчас, без сюртука, он был совершенно неотразим. Да-да, он выглядел замечательно!
– Раз уж мы попали в этот подвал, – неожиданно сказала Джорджетта, – то могли бы поискать здесь наше золото. Ведь Килинг регулярно является в Рейберн-Холл как к себе домой. По-моему, в этом подвале можно спрятать что угодно – идеальное место! Как вы думаете, часто ли хозяева проверяют здесь каждый уголок?
– Нечасто… или еще реже. – Хьюго провел пальцем вдоль одной из полок, разглядывая покоившиеся на ней бутылки. – Однако Дженкс обследовал весь дом. К тому же никто не попадет в винный подвал, не имея ключа.
– Ах да, конечно!.. – воскликнула девушка. – Лорд Великий Ученый должен оценить все возможные препятствия. Но ужасный малый по имени Колючка отлично понимает: тот, кто сумел украсть с Монетного двора несколько сундуков золотых соверенов, без труда стащит и ключ от винного погреба.
– Хотите сказать, что Дженкс, однажды обыскав подвал, должен сделать это еще раз?
– Или его должны осмотреть мы, – заявила Джорджетта. – Если кому-то суждено найти золото, то почему бы не нам? Я как-то забыла о нем, когда вас ранили, однако…
– Однако я поправляюсь и вас снова охватила страсть к поискам сокровищ?
Джорджетта в растерянности молчала – словно захваченная врасплох словом «страсть», неожиданно сорвавшимся с языка Хьюго. И оно, это слово, закружилось в ее сознании как прелюдия к чему-то большему…
А может быть, она просто услышала то, что хотела услышать? Может, она искала в этом слове признаки собственного страстного желания? Что ж, может, и так. Ведь еще никому не приходило в голову обвинять ее в отсутствии воображения.
Джорджетта отчаянно подбирала слова. Слова, которые ее не выдадут. Наконец, судорожно сглотнув, пробормотала:
– Так, а что же нам подходит?..
– Полагаю, что все. – Хьюго окинул взглядом винные полки. – То есть подходит для того, чтобы пить. А вот что касается обработки ран… хм… даже не знаю.
– Отлично. Тогда нам придется раздобыть щелок, – пробурчала Джорджетта.
Хьюго вытащил с полки бутылку оранжевого стекла.
– Тут ячменное виски, – сообщил он. – Должно продирать до костей.
– Что доказывает его эффективность, – подхватила девушка. – Я отолью немного, и мы сделаем все, что нужно.
Хьюго вручил ей бутылку и тихо произнес:
– Но мне придется снять рубашку…
