– Ну и что мы будем делать, если она прибежит в офис и заорет, показывая на меня пальцем: «Знаю, ты спишь с Иваном Никифоровичем, потому и получила должность начальницы»? – осведомилась я.
Супруг пожал плечами.
– Не думаю, что эта мадам все же решится на скандал. Но если он начнется, мы выйдем из подполья – покажем свидетельство о браке, устроим свадьбу, получим подарки.
– Значит, дамочка не спала, а просто лежала на диване! – воскликнула я. – Чуть-чуть приоткрыла свои глазки и подглядывала за нами, видела, как ты меня обнял и поцеловал.
– Она храпела, – возразил Иван.
– Громко сопела, – поправила я. – Изображала крепко спящую женщину. О, опять звонок! Твой телефон мигает. Ну, сейчас все ей скажу.
Выхватив мобильный мужа, я включила громкую связь и процедила:
– Начальник особой бригады Сергеева. Слушаю.
– Ого, как официально! – раздался голос Ватагина. – Думал, что звоню Ивану Никифоровичу, а попал к тебе? Наверное, не туда пальцем ткнул. Я знаю, кто отравил Антонину.
– И кто же? – немедленно спросила я.
– Непременно объясню, но это разговор не на пять минут. Когда вернешься в офис?
Я посмотрела на дорогу.
– Если не попаду в пробку, то минут через сорок.
– Значит, я успею пообедать, – обрадовался психолог.
– Что он накопал? – удивился Иван, который слышал разговор по громкой связи.
– Судя по тону, нечто экстраординарное, – заметила я. – Слушай, мы едем мимо дома. Может, зайдем ненадолго, посмотрим, как там Рина?
– Хорошая идея, – согласился муж и свернул в переулок. – Но сначала заскочим в магазин.
Не успел джип докатить до местного супермаркета, как у меня зазвонил телефон. Я показала айфон Ивану.
– Твоя мама. Давай сделаем ей сюрприз: скажем, что находимся на другом конце города, а сами купим пирожных и ввалимся в квартиру.
– Супер! – одобрил муж, паркуясь у магазина.
– Слушаю, – сказала я в трубку.
– Танюша, ты где? – спросила свекровь.
– На краю географии, – ответила я, шагая мимо охранника у входа, – в спальном районе.
– Это далеко, да? – продолжала Ирина Леонидовна.
– Часа два до центра, а то и три, – лихо соврала я, останавливаясь у прилавка с пирожными.
Ура! Любимая «картошка» свекрови и обожаемый ею яблочный штрудель представлены в изобилии.
– Понятно, – вздохнула Рина.
Меня вдруг охватило беспокойство.
– Что-то случилось?
– Просто я соскучилась, – раздалось в ответ.
– У вас все в порядке? – спросила я, одной рукой набирая в коробку сладости.
– Абсолютно, – отрапортовала свекровь.
Но мне ее голос показался уж слишком бодрым.
– Правда?
– Конечно, – заверила Рина. – А что со мной может случиться? Сижу дома.
Что-то упругое сильно ударило меня сзади по ногам. От неожиданности я пошатнулась и выронила картонный бокс. Пирожные вывалились на пол. Из-за моей спины выскочила крепенькая собачка и принялась со страшной скоростью пожирать сладкое. Я всмотрелась в щенка и ахнула:
– Роки!
Бульдожка обернулся, облизнулся и кинулся в глубь стеллажей. Забыв обо всем, я погналась за ним и налетела на инвалидную коляску, в которой с телефоном у уха восседала… моя свекровь.
– Это ты? – хором сказали мы обе.
Рина приоткрыла рот, а я начала оправдываться.
– Мы с Иваном хотели сделать вам сюрприз: сказать, что находимся бог весть где, а вскоре войти в дом.
– Тсс, – зашептала Ирина Леонидовна, – как хорошо, что вы оба здесь. Поймайте гадких кабачков, они… Вон Мози! Обернись!
Я выполнила ее просьбу. Около стеллажа с печеньем стоял щенок, держа в зубах пачку крекеров.
– Лови его, – зашептала Рина.
– Мози! – рявкнула я. – Стоять!
– Тише, – испугалась свекровь. – Они тут уже минут десять хулиганят.
– Мама, как ты очутилась в магазине? – спросил Иван, подходя к нам. – Да еще с бульдожками.
– Решила пойти с ними погулять, – смутилась Рина.
– Врач велел вам не выходить из квартиры, – напомнила я, – ноги нельзя нагружать.
– Так я не выходила, а выехала сидя, – нашла себе оправдание Ирина Леонидовна. – Кстати, коляска замечательная – юркая, маленькая, в такой сплошное удовольствие кататься. Спасибо вам за нее!
– Мама, не уводи разговор в сторону, – попросил Иван, – ты сейчас не во дворе, где гуляют, а в магазине.
– Велела же домработнице с вас глаз не спускать! – рассердилась я.
– Надежда Михайловна ни при чем, – сказала Рина, – я ее в аптеку отправила. В центральную!
Мы с Иваном переглянулись, а Ирина Леонидовна продолжала тараторить. Через пару минут стало ясно, что произошло.
