Зайдя внутрь клуба, я поняла, почему завидовали те девицы и таксист. Это же был райский сад «Эдем»! На открытом пространстве, под солнышком раскинулось это божественное местечко. Повсюду стояли гигантские пальмы-вазоны. Дорожки были сделаны из дорогого камня. Дальше я увидела огромных размеров бассейн с кристально-чистой водой, где плавали загорелые москвичи, а белые граждане столицы загорали еще в шезлонгах, пытаясь покрыться красивым и ровным загаром, который уже имели счастливчики, плавающие в прохладной воде, в то время, как им приходилось ужасно жариться, словно куры-гриль под жаркими лучами солнышка. Повсюду стоял гам и шум. Люди весело беседовали и хохотали, охлаждая свои нагретые солнцем тела прохладительными напитками.
Услужливый официант мило предложил мне свои услуги, и я согласилась, чтобы он проводил меня к моей компании.
— Господин Смольный и его друзья отдыхают около второго бассейна.
— А что здесь еще есть один бассейн? — удивилась я.
— Да, госпожа Острофанова. Еще вы у нас можете принять грязевые ванны, массаж по желанию, сауну, если душа желает.
— Нет, спасибо. В такую жару мне не хочется в сауну. И еще не называйте меня госпожой. Мне не нравиться.
— А как вас величать тогда?
— С меня хватит и девушки.
— Хорошо. Капризы клиента наш закон. Следуйте за мной, девушка Острофанова.
Услышав такое, мне захотелось ему объяснить, что не нужно так официально ко мне обращаться, но поняв за секунду, что это ничего не даст, я успокоилась и направилась за парнем.
Завернув за угол помещения, я увидела еще больший бассейн, чем первый, в котором брызгались водой и весело смеялись мои знакомые. Карл сидел на шезлонге со стаканом в руке и болтал мило с незнакомой мне женщиной, очень внушительных размеров. Увидев меня, он мне помахал рукой, приглашая к нему присоединиться.
— Ты все-таки пришла, — приветствовал меня мой начальник.
— Вы что-то желаете выпить? — спросил меня официант.
— Сок.
— Какой?
— Любой только не грейпфрутовый. Меня при одном только упоминании сразу начинает тошнить.
— Паренек, покажи даме, где тут можно переодеться, — попросил Карл.
— Следуйте за мной, мадам Острофанова.
В уютной комнатке, где можно было не только переодеться, но и посидеть на диванчике и поболтать с подругами, я встретила Иришу. Мы с ней тоже мило посплетничали на диванчике. От нее я узнала, что Смольный пришел со своей женой Люсиндой. Она оказывается сводная сестра Карла по маме, старшая от него на шесть лет. Вот почему Карл так вольно разговаривал с директором! Они же почти братья.
— Как хорошо! — прочирикала Ирина.
— Замечательно! — поддержала я подругу. — Вот так бы всю жизнь наслаждаться!
Мы лежали на шезлонгах и грелись на солнышке после водных процедур в бассейне. Наши молодые и чертовски привлекательные тела впитывали энергию солнечных лучей.
— Слышала, что ультрафиолетовые лучи солнца приводят к раку кожи?
— И не раз.
— И ты не боишься подхватить эту болезнь?
— Не-а.
— Почему? Может у тебя есть какое-то средство против этого?
— Конечно.
— Какое? Ну, поделись с подругой секретом! — настаивала Ирина.
— Мне не будет так страшно, потому что мы вместе заразимся этой болезнью и вместе будем украшены ужасной высыпкой на коже, от чего все симпатичные парни будут шарахаться от нас, как от прокаженных.
— Мамочки, я не хочу быть уродиной! — завизжала в истерике Ирина, поднявшись из шезлонга. — Надо скорее отсюда ноги уносить. Доша, посмотри сюда. У меня тут чешется. Нету ли там уже высыпки?
— Нету, — спокойно ответила я, даже не взглянув на ее плече.
— Но ты даже на меня не взглянула! — рассердилась Ира.
— Ирюша, успокойся. Ложись и продолжай нежиться на солнышке. Я пошутила.
— Ничего себе! Ну, у тебя и шуточки, Дошка! Я чуть не поседела от ужаса.
— Ты сама начала. Ультрафиолетовые лучи вредны! Рак кожи можно получить! Фигня это все. И мобилки — вредны. Могут вызвать рак мозга, привести к опухоли. Да все это чушь собачья! Этим можно запугать только детей и лохов.
— Спасибо, что просветлила меня, лохушку, — съязвила Ирина саркастически.
— Всегда готова.
51
Жена Смольного, Люсинда, была блондинкой с большими достоинствами, но с небольшими умственными способностями, которая, правда, умело пользовалась теми, что были, когда дело касалось мужчин. Она с таким проворством умела убедить своего муженька в том, что ей было выгодно, что любая женщина ей бы позавидовала.
— Илюша, тебе вредно долго быть на солнце, — просюсюкала она.
— Не волнуйся обо мне, родная. Я силен, как бык и здоров, как … как … Геракл.
— Ты бы все-таки покрыл свою голову чем-то, а то у тебя нету волос, и я боюсь за тебя. Как бы ты с перегревом не попал в больницу, солнышко мое!
— Люсиндочка, умным и богатым всегда везет. У нас есть личный Бог богатства, и он каждого такого, как я защищает. Со мной ничего не случиться.
— Хорошо, котик, ты меня убедил. Как тебе это удается? Ну да! Таких, как ты все слушаются! Илюшенька, зайчик, ты бы принес мне стакан чего-нибудь прохладительного, — заворковала она ласково к муженьку. — Так жарко! Ох! Жуть, как пить охота.
