Элейцы, подозревая Ксения, стоящего во главе города, в том, что он сочувствует аркадянам, не имели надежного доказательства. Некоторые из управлявших вместе с ним государственными делами убедили, что живший в их стране лаконец захватил в качестве раба ребенка-аркадянина. Когда же произошел суд перед архонтами, толпа помогала лаконцу, а Ксений — аркадянину. Когда же произошла смута, дело дошло до народного собрания, и там Ксений снова защищал дело аркадянина. Таким образом, народ, получив явное доказательство того, что он сочувствует аркадянам, голосованием приговорил его к смерти[1323].
1. Ганнибал убитого на войне Флава[1325], когда нумидийцы требовали его тело и хотели изувечить, не позволил этого, но похвалил мужа как хорошего полководца и, совершив положенное для погребения, отослал в Рим, отчего и удостоился от римлян большой благосклонности[1326].
2. Ганнибал убедил своих, что мужественно погибшие на войне через немногое время оживут, и убедил говорить, что когда-нибудь благородному воину, благородно погибшему, будет то же, что предшествовало его смерти[1327].
3. Ганнибал, строя войско в боевой порядок, поставил самых лучших с обеих сторон фаланги, а более слабых — в середине выдающихся вперед за фалангу и дал приказ, что, когда враги, прорвав середину, примутся преследовать, соединить крылья[1328]. Это окружение уничтожило в сражении пятьдесят тысяч человек[1329].
4. Ганнибал, командуя при Каннах, когда равнина была песчаной, вывел фалангу, дождавшись, когда ветер дул ему в спину[1330]. Римляне, не вынося попадающего в глаза песка, обратились в бегство[1331].
5. Ганнибал в Кампании таким образом победил римлян стратегемой. Когда было ненастье, Ганнибал объявил: «Когда будет подан сигнал к битве, спите, когда же — сигнал к отступлению, то выступайте около второй стражи!». Был подан сигнал к битве. Римляне, устрашенные, взялись за оружие. Подождав долгое время, Ганнибал подал сигнал к отступлению. Римляне, страдая из-за ненастья и бессонницы, отступая, погрузились в сон, а Ганнибал, напав, перебил всех[1332].
6. Ганнибал возле Казилина[1333], когда случилась ненастная ночь, вывел войско, разделив его на части, приказав, чтобы, когда в первый раз будет подан сигнал к битве, атаковала первая часть, когда же трубачи дадут сигнал к отступлению, первые прекратили бы бой, а напала вторая часть, затем — третья и четвертая, и таким образом одержал победу[1334].
7. Ганнибал возле Гердонии Флакка, римского командующего, заманив в засаду, убил вместе со всеми, бывшими с ним, послав предателя гердонийца, который, перебежав, убедил Флакка прийти в Гердонию, как будто бы его призывают в город лучшие граждане из-за того, что не переносят жестокости карфагенян[1335].
8. Ганнибал, запертый римлянами в теснинных местах, охраняемых ими, собрав быков и зажегши факелы у них на рогах, погнал в теснины. Благодаря этому, устрашив охраняющих, он обратил их в бегство, сам же безопасно удалился[1336].
9. Сам[1337], желая выступить в поход, оставил всадников, чтобы римский командующий, видя их, не заметил выступления. Ибо они собирались легко ускакать на конях[1338].
10. Ганнибал, не сумев захватить приморский город римлян, послал к нему суда и поставил на них римский значок. Видя же значки, граждане вышли, как подобает для встречи римлян, попали в засаду и были перебиты[1339].
1. Гамилькар, пользуясь греческим тактиком[1341], узнав, что тот сообщает все Агафоклу[1342], что он собирается делать, объявил, что, послав туда флот, хочет захватить возле Сиракуз Олимпий[1343]. Тактик, тайно послав, раскрыл это Агафоклу, Гамилькар же приказал кораблям, когда они ночью немного удалились, тотчас же вернуться как можно быстрее. Агафокл, будучи обманут, послал в Сиракузы отряд для защиты Олимпия, а сам посреди ночи атаковал нападающего Гамилькара. Тот же, имея многих, высадившихся с кораблей, напав с криком и шумом, перебил семь тысяч из воинов Агафокла[1344].
2. Гамилькар, имея множество карфагенских кораблей, создал для смотревших на это видимость, что готовится отплыть, дав задний ход[1345]. Ночью же, вернувшись, высадив войско, он перебил четыре тысячи человек, едва пробудившихся от сна, остальные же сбежались в сражение так, что, завладев многими пленными, Гамилькар тотчас же отплыл[1346].
