Белнэп закрыл за собой дверь. Кабинет был тускло освещен люминесцентными полосками, вделанными во внутренние стены, – дежурным освещением, которое требуют нормы безопасности во всем мире. Дав глазам привыкнуть к полумраку, Белнэп осторожно обошел помещение, водя по сторонам лучом фонарика. Обычные столы с компьютерами, на полу серый ковер с узором из крупных ромбов. После нескольких минут исследований Белнэп остановился на розетках на полу, к которым были подключены телефон и компьютер. Как и в большинстве административных зданий, построенных за последние десять лет, в пространстве под полом было спрятано переплетение многочисленных оптоволоконных и коаксиальных кабелей. Повсюду получили распространение так называемые ковровые плитки размером два на два фута, и Белнэп ничуть не удивился, обнаружив их здесь: половое покрытие легко поднималось, открывая доступ к проходящим внизу проводам. Улегшись животом на пол, Белнэп поднял плитку, ближайшую к розеткам. Внизу под ней оказалась стальная решетка, а под решеткой – провода. Но какую толщину имеют межэтажные перекрытия? Достав из чемоданчика гвоздодер, Белнэп принялся быстро и тихо поднимать плитки пола.
Затем он просунул вниз маленький световод. Другим концом световод был подключен к цифровой видеокамере; на плоском видоискателе появилось мерцающее изображение. Световод, подающий стандартный сигнал РСА, имел в диаметре всего четверть дюйма и позволял получить изображение с углом шестьдесят градусов. Он представлял собой четыре ярда оптоволоконного кабеля в черной оплетке, подключенного к черной коробочке с электронной начинкой, в которой световые импульсы от тысяч крохотных волокон преобразовывались в единое изображение. Маленькая ксеноновая лампочка на конце обеспечивала освещение головы «змеи», ползущей под полом. Белнэп проталкивал кабель дальше и дальше, обходя вокруг препятствий, до тех пор пока не достиг белой ребристой поверхности. Вентиляционная решетка в потолке предыдущего этажа.
Белнэп нажал кнопку на черной коробочке; из той же самой оплетки, в которую был заключен световод, выдвинулся полый бур из закаленной стали. Бур начал быстро вращаться. Это было похоже на сверление с помощью булавки. Наконец Белнэп, маневрируя световодом, добился того, чтобы его кончик высунулся из только что проделанного отверстия.
Сначала весь экран был затянут раздражающим муаром; Белнэп подрегулировал настройки так, чтобы появилось четкое изображение пола кабинета штаб-квартиры «Эстотека». С виду обычный офис: прямоугольные столы, черные стулья с овальными сиденьями и спинками, обычный набор принтеров, компьютеров, телефонов и стеллажей с папками. Белнэп снова подрегулировал головку световода, вращая ею в разные стороны, пока наконец не увидел то, что искал.
Контактные выключатели, спрятанные в углубления сверху дверных косяков, заметить которые может только натренированный глаз. Инфракрасные детекторы, реагирующие на движение: маленькие пластмассовые коробочки, установленные в самых оживленных местах – в проходах между рядами столов, вдоль окон. Эти детекторы, включающиеся после того, как двери кабинета запирались на ночь, представляли собой первую задачу, которую предстояло решить Белнэпу.
Модель эта была ему знакома. Пассивные устройства, способные улавливать разницу температур. Как только в охраняемую зону попадает источник инфракрасного излучения, устройство обнаруживает его, разрывается электрическая цепь и срабатывает сигнализация.
Белнэп снова внимательно посмотрел на датчики. С виду обычные электрические выключатели; непосвященный взгляд не обнаружит ничего подозрительного. Объектив с линзой Френеля, пропускающей инфракрасное излучение через специальный фильтр. Датчик имеет два приемных элемента, что позволяет корректировать сигналы, поступающие от солнечного света, вибрации или неизбежных перепадов температуры. Все эти факторы воздействуют на оба пироэлектрических элемента одновременно; перемещающееся тело вызовет срабатывание сначала одного из них, затем другого.
У Белнэпа не было никакой возможности спуститься вниз, не заставив сработать сигнализацию. Но он и не собирался это делать.
Белнэп быстро выкрутил шестнадцать шурупов, которые удерживали на месте стальную пластину, являвшуюся частью прочного черного пола. Наконец ему удалось приподнять двухметровый стальной уголок, открывая уложенное в углубление сплетение проводов. Требование универсальности обеспечивало также и наличие многочисленных пустот. Вскоре на полу лежала кучка половых плиток, уголков и решеток.
