Поручить тт. Кагановичу Л. М. (созыв), Вознесенскому, Микояну и Шахурину разработать сроки и порядок эвакуации, а также определить ответственных лиц за проведение указанной работы»[131].
Конечно, сроки и порядок эвакуации поручено разработать комитету, однако пункты назначения указаны в самом Постановлении, а значит, планы эвакуации к тому времени уже были разработаны. Согласитесь, мясокомбинат не слишком подходит для размещения авиазавода — хотя бы потому, что последний требует во много раз больше электроэнергии, да и инженерные сети, и пути сообщения... Вот чего-чего, а строительства новых электростанций после начала войны только и не хватало!
То же самое продолжается и дальше. Планы разработаны детальнейшим образом. «Из Ленинграда завод №7 — в Куйбышев, № 349 — в Казань, № 350 — в Новосибирск, № 354 — на ст. Ночка Пензенской области, №357 — в Омск.
Из Москвы: завод №46 — в Свердловскую область, завод №4 — в Красноярск, завод № 232 — в Сталинград, завод № 5 (боеприпасов) — в Муром, завод № 77 — в Новосибирск, завод №6 — в Молотов, завод № 522 — в Нижний Тагил и так далее. В постановлении указывался срок погрузки — не более 5—7 суток»[132].
Или, скажем, 13 июля 1941 года ГКО постановил организовать в глубоком тылу производство бронебойных и зенитных снарядов. Для этого надо было вывезти из Ленинграда и Москвы 2800 станков. Срок выполнения — 10 дней. Из Москвы, Ленинграда, Киева и Одессы следовало перебросить 5 тысяч рабочих и специалистов. Сроки исполнения — 2 дня.
Еще пример — уже упоминавшийся нами Харьковский дизельный завод. Его сумели перебазировать в Челябинск, практически не прерывая производства. В тот день, когда из Харькова ушел последний эшелон, в Челябинске выпустили первые дизеля. А значит, электростанции уже построены, ток подведен и даже разведен по цехам, подъездные пути готовы — осталось лишь установить станки и распаковать ящики с заготовками.
Уже не в книге, а в интервью Г. А. Куманев говорит: «Знаете, часто показывают в кино: эшелон с оборудованием, станками, рабочими выгружают где-то за Уралом в чистом поле, в снег... Но я ведь историк, работаю с документами. И просто обомлел, получив в архиве огромную схему — гигантскую „простынь" — эвакуации предприятий: с поразительной точностью было учтено оборудование, эвакуируемые кадры, расписание — день в день. Размещено — не в степи (за редчайшим исключением), а на площадках смежных предприятий! Пущено в ход — по плану, в необычайно сжатые сроки — в среднем за 1,5 месяца!» [133] И все без предварительных планов! Все экспромтом! За какую-то неделю была составлена та самая «простыня», которую видел господин Куманев, детальнейший план перемещения промышленной базы в восточные районы страны! При этом надо было учитывать множество самых разнообразных вещей: наличие площадок для производства, удобство путей сообщения, близость смежников и поставщиков, чтобы не гонять поезда за тысячи километров, и многое другое. В общем, если Госплан за полгода справится с такой задачей, то ему можно давать премию за ударную работу, а в целом такие схемы создаются и отлаживаются десятилетиями, в крайних обстоятельствах — годами, корректируясь и увязываясь с народнохозяйственными планами...
