Терентий, и правда, отправил ему определённый пакет данных для ознакомления. Вполне стандартная форма официального трудоустройства на работу в род аристократа. С требованиями, условиями, с перечислением льгот и прочей мутью. Каждый боец Григорию — официально числившийся в рядах временных бойцов рода — тоже заполнял их. У Перуна же был иной вид, там контракт.
Но да ладно, не о том думаю.
Распрощавшись с Перуном, Иванычем, и Григорием, с которым обещал поговорить позже, мы с Митяем пошли в сторону гаража Гримлока. По доносящимся отголоскам голосов бойцов, командиру Витязей скучать не дадут и пригласили в казарму, чтобы, как говорится, накатить за встречу.
Митяй молчал и только крутил головой, осматриваясь и подмечая детали. Он явно думал, что гараж был своего рода обиталищем механиков рода, судя по доносящейся из-за открытых дверей музыки Корейского кей-попа…
И какого же было его удивление, когда земля под ногами дрогнула, раздался тихий рык и из гаража показалась башка Гримлока.
— Ох, епть! — отпрыгнул Митяй, в шоке смотря на скалящуюся морду. — Это кто⁈
— Это? — расслаблено, будто ничего не произошло и всё нормально, похлопал рукой по башке зверя. — Гримлок.
Парень натурально застыл, даже боясь пошевелиться под взглядом Ужаса Кардар-Атора. Сам же Гримлок забавлялся ситуацией, облизывал острые клыки и смотрел на Митяя, как на кусок стейка.
— Кгхм, — попытался он взять себя в руки. — Понял…
Ну раз понял, то не будем его дальше пугать. Да, Гримлок?
Зверь вновь оскалился, услышав меня, и медленно — не отрывая глаз от парня — залез обратно в гараж, подцепив языком ручку двери и прикрыв её.
— Стоит признать, — передёрнул плечами Митяй. — Я впечатлён.
То ли ещё будет!
Я хмыкнул, махнул рукой и мы начали спускаться в бункер через вход «В». Ещё на подходе, заметив мощные стальные двери, парень явно заинтересовался, но вопросов не задавал. А, нет, всё же спросил:
— Дмитрий Борисович, а куда мы идём?
Его волнение понятно. Сначала его скрывали о рода, который желает отомстить за оскорбление и наследника, потом привезли сюда, а теперь в полном молчании куда-то ведут. Вдруг я продался Брюлловым и его жизни грозит опасность? Такой вариант возможен, даже если я сначала помог. Но мне было лень просто так чесать языком, лучше всё показать.
Бункер если и заинтересовал парня, то не со стороны архитектуры и укреплений, а материала из которого он был создан. Он то и дело останавливался, касался стен, дверей и балок, кивая своим мыслям. А уж когда мы дошли до лаборатории, то его, что называется, прорвало!
— Чтоб меня черти драли! — воскликнул Митяй и, чуть ли не толкнув меня плечом, влетел внутрь.
Подтверждая свой опыт, он начал осматривать оборудование цепким взглядом, брать в руки различные склянки и колбы, задержался у атанор, затем посмотрел хранилища ингредиентов. И всё это сопровождалось отборным матом восхищения. А когда он выдохся, то замер в центре лаборатории, тяжело вздохнул и взглянул на меня.
— Если мы договоримся, то эта лаборатория будет твоей, — подтвердил я его мысли, будто прочитал их, отчего лицо парня вытянулось в полном шоке.
Он вновь осмотрелся, погладил стекольное покрытие стола и хрипло спросил:
— Что я должен сделать?
— Для начала — ответить на мой вопросы касательно твоей проблемы, — улыбнулся я и заметил, как он скривился. — Затем, как мы её решим, взяться за работу.
— Какую именно? — его больше интересовала именно наука, чем собственная жизнь. — То, что я увидел, наводит на мысли, но… это безрезультатно. Структура не будет устойчивой.
И он это понял только заглянув в хранилище? Интересненько…
Вот только я не стал с ним спорить и сказал лишь:
— Восемьдесят семь процентов.
Его глаза расширились, грозясь вылезти из орбит, а эмоции буквально взорвались!
— Н-но… как⁈ Кто⁈
— Я, — сразу понял, о чём речь.
Всё ещё находясь в полном шоке, он по-иному посмотрел на меня, словно впервые увидел. Широкая, даже немного безумная, улыбка озарила его лицо и он произнёс:
— Внешность обманчива… Да…
Я ответил ему своей улыбкой и подмигнул:
— В точку. Ну так что?
— У меня только два вопроса, Дмитрий Борисович, — немного задумался он. — Что мне нужно подписать, и когда начинаем?
Подписание бумаг о неразглашении секретов и контракт о сотрудничестве, у Митяя не вызывало никаких вопросов. Парень и сам понимал, что я его единственный шанс на хоть какую-то жизнь, где не придётся прятаться и скрываться от Брюлловых. А то, что те уже в печёнках у него сидели, он поведал особенно рьяно. Как минимум два рассказа о том, как он чуть не погиб, пытаясь сбежать от нашедших его в Москве бойцов этого рода, расставили всё по местам.
И вот здесь был тонкий момент, ведь Брюлловы не были дураками, и хоть у них заняло определённое время, но они поняли, кто именно дал протекцию нужному им человеку. Терентий сообщил, что с ним на связь вышел поверенный этого рода и в угрожающей манере поинтересовался, по какому это поводу род Беловых решил защищать парня.
