На его обманный выпад я не повёлся, а от удара в левое плечо уклонился, отпрыгивая и разрывая дистанцию. Ему бы продолжить развивать успех, но он замер и стал ждать.
— Эй, парень! — окрикнули меня со спины. — Держи!
Слегка повернув голову, но продолжая отслеживать фигуру венценосного, поймал в полёте… Нет, не меч, молот! Кинул его Суворов, причём, что для него, что для меня, он почти ничего не весил.
Похоже, что не только Долгов и Александр владеют информацией, но и другие люди. Но это неважно.
Кивком поблагодарив Суворова, бросил на песок сломанный меч и взялся за молот двумя руками.
Баланс хромает, а рукоять немного широковата и неудобна, но ничего.
На миг прикрыв вспыхнувшие золотым пламенем глаза, я сделал глубокий вдох, а когда открыл их, то двинулся на императора. На моём лице играла немного безумная улыбка, а кровь кипела от сражения.
Если мой внешний вид и произвёл впечатление на Александра, то он этого никак не показал. За исключением того, что его тело вспыхнуло серебристой энергией, а поверх копья наложился эфемерный клон.
Повышаем ставки? Я согласен!
Барьер Воздуха вспыхнул за спиной, насытился энергией и, разорвавшись, отправил меня в полёт, вызывая у женской части зрителей удивленный вскрик от поднятого ветра и песка.
Как бы смешно это не звучало, меч — не молот. С ним тяжелее обращаться, он громоздкий и сложный. Но и с тем же… Разрушителен!
БАХ!
Александр отскочил с того места, где находился, а от моего удара песок разошёлся волнами за черту арены, добравшись до каменного покрытия и расколов его!
Не теряя времени, вновь сближаюсь для удара, но вместо того, чтобы нанести его, отвожу рукоятью несколько уколов. Из-за тяжести оружия работать с ним приходится, как с двуручным мечом, и по всем канонам в моей защите должно быть больше прорех, но таковых у меня нет. Слишком долго я шёл рука об руку с этим оружием. Слишком много крови пролил с ним и бывал в битвах. Я знаю все его уязвимости, каждый минус и плюс.
Глаза императора расширились, когда вместо того, чтобы попасть в моё право плечо своим ударом, его наконечник встретило ударное навершее молота!
Пронзительный звук удара металл об металл разошелся по всему помещению.
Мой следующий удар пришёлся чётко по корпусу Александра, и мне даже послышался отчётливый треск рёбер, а когда венценосный отлетел на песок и упал на него, воцарилась тишина.
Тишина, которую разорвал громогласный смех императора.
Если рана и была, то он никак на неё не реагировал, поднимаясь с песка и улыбаясь во все тридцать два.
— Великолепно! — его глаза горели азартом боя, прям как у меня. Энергия вокруг него вспыхнула и помимо эфемерного клона на копье за его спиной появилось ещё два таких же. — Надеюсь, ты ещё не устал, Дмитрий⁈
В ответ я ухмыльнулся и вокруг меня появилось два Барьера. Лёд и Земля. Первый мгновенно заморозил песок вокруг меня, а второй — действуя на песок — поднял куски льда, начав их закручивать в радиусе трёх метров.
— Нападайте, Ваше Величество, — с вызовом бросил я, шокировав подобным тоном зрителей. — Я жду!
Император вновь засмеялся и ринулся в атаку, раскручивая своё копьё. Те же, что были за его спиной и висели в воздухе, повторяли за ним движение точь в точь, будто теперь против меня не один противник, а сразу три!
Но так даже весело!
Да… Этот спарринг станет меня уроком, — мы вновь сошлись в граде ударов, вокруг нас бушевала стихия, а меня постепенно охватывал транс боя. — Уроком, что не мир должен прогнуть Охотника, а наоборот!
— А Саша, смотрю, увлёкся, — с улыбкой сказал Суворов, наблюдая за спаррингом, который превращался в натуральный бой. Только вот останавливать сражающихся никто не собирался.
Пусть тренировочная площадка не была оборудована артефактами защиты, родной брат главы Герцогского рода Суворовых растянул свою тень вокруг ристалища, готовый в любой момент защитить как императрицу, так и принцессу.
— Мальчишка тоже хорош, — недовольно фыркнул Долгорукий. — Ни такта, ни воспитания. Ты слышал его последние слова? Дерзость сравнимая с глупостью.
— И тем не менее, он там, а ты здесь, — со всё той же улыбкой уколол Суворов.
Многие при дворе знали, как сильно был предан короне князь Долгорукий, желая исполнить любую просьбу императора. И тем сильнее было его недовольство, что спарринг партнером для Александр стал какой-то мальчишка из третьесортного рода. Чем он может помочь в развитии императорского дара? Да ничем! Но Суворов прав, именно Белов на ристалище, а не он, светлый князь.
— И всё равно, — поморщился Сергей. — Он должен выражать больше почтен…
Он не договорил и с широко распахнутыми глазами, как и все остальные зрители, смотрел на то, как император упал на песок! Мальчишка смог ранить его! Нанести удар!
— Тц-ц, а он хорош, — довольно цыкнул Суворов. — Нашел брешь.
О какой именно бреши шла речь Сергей не знал. Пусть он и был отличным воином, дойдя до ранга Гранда, но по всем параметрам уступал тому же Суворову, который был Одарённым Вне Категорий. Он не видел того, что разглядели глаза Александра Васильевича.
