Выполняя обещание кормить стаю, Игорь расставил сети, наполовину перегородил реку. Рыбаки ещё не успели добраться в эти места и река кишела жизнью, ежедневно давая богатый улов. На вторую неделю в расставленные сети попался полуразумный сом, нахально считавший что его нельзя есть и угрожающий утащить при случае на дно. Если бы не сотни крючков расположенных по всей длине сети, полуметровое чудовище наверняка бы сумело отстоять свою точку зрения и вырваться. Да и Игорь уже почти решился его отпустить, когда заявился Ворон и радостно потребовал голову добычи себе.
Сориться с покровителем не стоило и судьба речного духа оказалась решена.Игорь с трудом, но вытянул на берег бешено сопротивляющегося сома. Через пять минут рыба затихла окончательно и “бессмертный” дух покинул тело. Ворон не колеблясь напал на теперь уже бесплотного врага, отрывая куски и не давал скрыться до тех пор пока не растерзал окончательно. Смерть одного из противников ознаменовала волна магии, прокатившаяся на десяток метров и плавно погасшая. Парень от нее лишь поморщился, но туча комаров прекратила существование, усеяв телами песок.
Не очень сильный дух, но собранной на месте его смерти энергии вполне хватило зарядить пару амулетов. Рыбина оказалась достаточно вкусной, собакам вроде понравилось. Игорь почти говорящую рыбу есть не стал - слишком уж каннибализмом это попахивало - и ограничился её более мелкими версиями. И на глубину больше не совался. Кто знает, что там ещё плавает?
***
Несколько недель проведенных в общении с духом пошли на пользу и немного прояснили обстановку. Ворон не часто покидал владения, но мог общаться со стаей и кое-что о мире вокруг знал. С трех сторон на многие дни пути простирались леса, населенные мирными орками. Собственно даже самого Игоря ворон первое время воспринимал как гоблина, изгнанного из племени. Людей дух видел всего пару раз, давно, да и то мельком. Они выполняли в некоторых поселениях орков самую грязную работу.
На востоке, в нескольких днях пути начинался горный хребет, судя по всему пересекающий весь континент. Лезть через них конечно опасно, особенно не зная наверняка что на другой стороне, но у племен, живущих вдалеке от гор рабов-людей не наблюдалось. Логично предположить что и приходят они оттуда. В горах во все времена обитала толпа народу не любящая платить налоги и живущая за счет овец, руды и, если ничего лучшего нет, то и грабежей. Последнее не вдохновляло, но Игорь считал что сможет себя защитить и уповал на законы гостеприимства.
Ворон правда утверждал что горы – проклятое место, а люди там не живут, но объяснить толком почему не сумел, больше напирая на то что там пропадают его сородичи. А место где пропадают эти могучие птицы хорошим быть не может. Вообще дух настолько давно стал птицей, что забыл все остальное и на полном серьезе считал всех черных падальщиков своими братьями. Или скорее детьми, а себя их царем.
Может стоило бы послушаться мудрого совета, но другие направления не обещали легкой жизни. На западе – болота, племя часто голодает и его могут съесть. На севере – просто убьют, на юге могут и не убить, но заставят работать. А вещи отберут в любом случае. Единственное безопасное место на свете - это остров и никуда Игорю оттуда идти не надо. Естественно, лучше остаться и кормить его многочисленных сородичей рыбой и мелкими зверьками, периодически попадающимися в капканы. Нет уж, спасибо.
Перед отправкой пришлось избавиться от части вещей и одной из повозок. Справиться с двумя повозками одному трудно, особенно если дорог нет, а на одной все захваченное с собой уже не утащить. Тайником служила глубокая яма, вырытая возле иссохшего дуба. Дуб служил святыней для местных орков и копать здесь они вряд ли решатся.
Игорь надеялся что этот тайник поможет ему выжить в случае потери остального имущества. Принцип “все свое ношу с собою” чреват риском остаться ни с чем. В яме остались самые тяжелые вещи, взятые “на всякий случай”, но пока невостребованные, часть золота и драгоценностей, излишки артефактов, один из ноутов, оружие и боеприпасы… Надежно упакованные в ящики и полиэтилен вещи в тайнике могли храниться почти вечность. Плюсом стало и то что в оставшуюся повозку можно было запрячь сразу двух лошадей.
Животных, выживших в процессе экспериментов, Игорь отпустил на волю. Если повезет кролики, курицы или хомячки могут дать потомство. Свою роль – проверить пригодность местной еды они уже выполнили, а кормить их припасами стало накладно. Да и сами клетки занимали место.
