Страж разума полностью

- Пожалуй, еще чаю. Почему бы вам, парни, не отправиться в Апиций. А мы с мисс Грейнджер позже присоединимся к вам там. На лице Геримоны промелькнуло выражение едва сдерживаемой паники. Несколько недель назад, она призналась мне, что не имеет ничего против Томаса. Иногда она даже находила его общество приятным, если конечно они не оставались с ним наедине. А их совместной перепиской Гермиона наслаждалась, когда она касалось ее обожаемых книг. Возможно, зная характер Томаса, он намеренно провоцировал ее.

- Иди, - прошипел мне Томас. - Мы немного поболтаем с мисс Грейнджер, а затем нанесем быстрый визит мадам Малкин. Мы не заставим вас долго ждать. „Сожалею!”- сказал я одними губами подруге, прежде чем кивнуть Томасу. - Да, сэр, - сказал я и последовал за тетей Каллидорой и Невиллом. После того, как мы слились с толпой покупателей на Косой Аллее, Невилл требовательно потянул меня за рукав.

- Что он тебе сказал? - спросил он.

Я перевел слова Томаса. Невилл поморщился. Он хотел было повернуть назад, но тетя Каллидора схватила его за руку и покачала головой. - Так будет лучше. Ваша подруга талантливая девушка, такая многообещающая ... Хм, почему бы и нет? Через несколько лет она будет... - Она вдруг запнулась. - Неважно. Минерва должна была позаботиться об этом много лет назад. Но она этого не сделала. Ведь молодая женщина не должна оставаться наедине с чужим мужчиной. Кстати, это касается и вас тоже. Но, в данном случае, компания Томаса для нее предпочтительнее вас троих. Они оба маггловоспитанны - сказала она Невиллу. - Поэтому он лучше всех понимает, с чем она может столкнуться в нашем мире. Тридцать минут спустя, к нам в ресторане присоединились Гермиона с опухшими глазами и мрачный Томас.

Медленно потягивая чашку чая, я украдкой бросал на нее взгляды. Глаза опухшие, но не красные, и даже без красных прожилок. Кажется, недавно она недолго плакала. Ее руки не тряслись, когда она наливала себе чай, а глаза не выглядели затуманенными. На ней не было никаких проклятий, значит, можно считать, что все в порядке.

Теперь я принялся изучать ее наряд. Она была одета в голубую мантию с короткими рукавами. Судя по лёгкому мерцанию на правом предплечье, там у

112/159

нее скрыта кобура для ношения палочки. Не знаю, как Томасу это удалось, но Гермиона поменяла свою старую добрую резинку для волос на само-сжимающуюся завязку.

- Локти со стола, - строго сказала тетя Каллидора. Тяжко вздохнув, я повиновался. По крайней мере, она заметила мою оплошность прежде, чем Томас скастовал на мне свое фирменное Жалящее проклятие, которое по ощущению похоже на удар локтем о косяк двери. - Ты выглядишь прекрасно, дорогая, - сказала она Гермионе. Тон ее голоса внезапно стал властным. – В следующую среду мы с тобой и моей дочерью отправимся по магазинам. И нарядим тебя так, как подобает приличной юной ведьме. Больше не носи в общественных местах маггловскую мужскую одежду. Если навести на тебя немного лоска, уверена, к Белтейну мы найдем хорошую семью, готовую тебя принять. Гермиона вымученно улыбнулась. - Звучит неплохо. Спасибо, леди Лонгботтом.- Всегда пожалуйста. Я также договорюсь с Минервой, чтобы она разрешила открыть жиросчет*** на твое имя в Гринготтсе.- Но я думала, что у меня нет права открывать счет на свое имя, пока мне не исполнилось семнадцать лет, - сказала Гермиона.- Это так, но с жиросчетом нет связанного хранилища. Вся информация хранится на бумаге в учетных книгах. Некоторые семьи используют жиросчет для получения кредита... – Судя по интонации на словосочетании «некоторые семьи», она имела в виду чистокровные семьи. Гермиона возмущенно посмотрела на нее. - Но это позволит им с легкостью обкрадывать таких, как я! Томас фыркнул.

- Вряд ли. Гоблины в банковском бизнесе только для того, чтобы зарабатывать деньги и, простите за грубость, держать волшебников за яйца. Но они не станут воровать у магглорожденного больше, чем у чистокровных волшебников. Просто надо внимательно читать мелкий шрифт снизу, прежде чем подписывать контракты и помнить, что все можно оспорить. – Гермиона смутилась, но быстро вернула себе невозмутимый вид. Чашка Томаса чокнулась о блюдце, когда он испустил долгий страдальческий вздох. - Забудьте о гоблинских войнах хотя бы на минуту, мисс Грейнджер, и постарайтесь думать о них как о бизнесменах. А бизнесмена не волнует, какого цвета у вас кровь. Все, что его заботит, это рынок и прибыль. Гермиона смотрела на Томаса с таким удивлением, будто он отрастил себе вторую голову. Она опустила чашку и сделала глубокий вдох, как будто собиралась мужеством перед битвой.

- Почему гоблинов волнует рынок? У них же монополия в банковской сфере волшебного мира.