— Здесь сказано, что после допроса на месте водителя фуры забрали в лазарет для облученных, — голос Олега был по-прежнему спокоен. — Почему?
Малешский пожал плечами.
— При аварии был поврежден бокс, и он получил дозу излучения.
— Это невозможно, — опроверг его доводы страж, — бокс стража невозможно вскрыть, разрезать, разбить чем-то тяжелым. Если бы все было так просто, то даже наша Служба не справилась бы с возросшей на этой почве преступностью и черным рынком Рун.
— Тогда ваша версия?
— Он на самом деле получил дозу излучения, — подтвердил Олег, — но не на месте аварии, а гораздо раньше. Перед тем, как сесть в машину. На него было совершено воздействие Рунами. Проще говоря его подвергли сильному, краткосрочному излучению энергии Источника. И как раз полная потеря памяти, ориентации, погружение в бессознательное состояние — самая обычная реакция носителя несильной или, как сейчас принято говорить, неактивной Искры.
Адвокат задумался на несколько минут, анализирую новую информацию.
— У вас интересная версия, Олег.
— Остается лишь правильно настроить автоуправление фуры и рассчитать время. Гера подъезжает к нужному повороту, на него падает камень, он выруливает на встречку. Вот и авария.
— Я выяснил, что обвал камней в том месте на самом деле естественная катастрофа из-за неправильного использования природных ресурсов. То есть в вашей теории — это форс-мажор, который нельзя предсказать, а уже тем более запрограммировать под него автопилот.
Но Олега было не так-то просто сбить со своей точки зрения.
— В мире уже несколько лет практикуется нейронная стимуляция, чтобы заставить мозг вспомнить то, что человек сам не в силах. В данном случае это тоже может сработать.
— Нейронная стимуляция делается только с согласия пациента или по решению суда. В данном случае не думаю, что Вязский согласится на подобные манипуляции с собственной головой. К тому же он не является обвиняемым в этом деле. Он всего лишь свидетель, так как Георгий сам вылетел на него. Нужны очень веские доказательства его вины, чтобы суд назначил нейронную стимуляцию.
Арсенин вскочил на ноги. Сделал несколько шагов по кабинету.
— Какая гладкая получается картинка. Полковник Стражи Георгий Гронский, пользуясь служебным положением, умыкает из Карьера целый бокс с Рунами. Спокойно кладет их в машину, сажает туда свою семью, которой он дорожит больше всех на свете, и едет на встречу с агентом из Вестленда. По дороге на него падает камень, потом он врезается в фуру, и тут же нарисовывается целая дивизия представителей закона от полиции до Стражи, у него изымают Руны, а самого обвиняют в пособничестве террористам и измене Родине. В этой истории вас самого ничего не смущает?
Александр кашлянул.
— Я — адвокат, — спокойно отреагировал Малешский на прогнозируемую вспышку собеседника. Когда-то же должны были прорваться бушующие в нем эмоции. — Я не могу руководствоваться чувствами и зыбкими предположениями. Но я на стороне своего клиента. Поэтому я и пытаюсь раскрыть это дело. Пока у нас есть только эти факты. И на первый взгляд рассказанная вами история, на самом деле, очень смущает. Но я уверен, что в ней есть звенья, которые пока нам не известны. И они как раз-таки и есть тот фундамент, на котором крепятся все обвинения против Георгия.
— Перед самым моим уходом в отпуск, в который меня отправил Архипов, ко мне подошла одна из наших сотрудниц. Сказала, что перед походом в последний рейд Георгий просил ее найти информацию на одного человека.
— На кого?
— Моршанина Николая Алексеевича.
Александр издал придавленный смешок и повернулся к своему боссу.
— И как? Есть что-нибудь?
— Моршанин Николай Алексеевич — начальник службы безопасности Стражи всего Дранкурского Содружества. Личность то ли мифическая, то ли легендарная. Его настоящее имя Темнов Эдуард, но больше известен как Серый кардинал. Думаю, что лично его знает лишь узкий круг. Зато он владеет информацией обо всех и обо всем, что творится у нас в Службе. Он же руководит многими процессами. По слухам — Серый кардинал либо является настоящим главой Центрального Управления, либо подмял его под себя, либо его ближайший соратник. Официальная его должность — один из клерков в штабе ЦУ.
— Это точная информация?
— Еще какая, — уверенно произнес Олег, — эта дамочка служит в штабе при самом Архипове и имеет третий, то есть самый высший доступ ко всей информации Управления.
— И зачем ей помогать Георгию? — уточник Малешский.
— Эта довольно давняя история. Да и я толком ничего не знаю о ней. Как-то раз Герка со смехом обмолвился, что у него теперь есть личная волшебная фея в аппарате Архипова с номиналом в одно желание. Конечно же ничего толком он не объяснил, просто сказал, что оказал небольшую услугу, а она решила стать его должницей. Я и сам бы никогда об этом не вспомнил, если бы она не подошла ко мне.
Саша тихо хмыкнул. Малешский неопределенно дернул бровью.
