– Итак, господин Лесто, наконец, мы все встретились, – начал пожилой. – Сегодня я пригласил на встречу и Валерия Степановича, думаю, ему надо быть в курсе происходящего.
Лесто перевел Ицкоатлю слова старика, и индеец, кивнув, бросил короткую вопросительную фразу.
– Великий Ицкоатль хочет знать, когда может состояться ритуал?
Старик усмехнулся:
– Не все сразу. Вам придется потерпеть еще несколько дней. К сожалению, то Место Силы, которое мы хотели использовать первоначально, сейчас попросту недоступно. Мы всеми силами ищем новое, но на это нужно еще хотя бы три-четыре дня.
Лесто, взявший на себя роль переводчика, наклонился, и зашептал индейцу на ухо. Выслушав, тот заговорил резким недовольным тоном.
Лесто сглотнул, но перевел:
– Великий Ицкоатль говорит, что ждать больше нельзя. Говорящий с Тецкатлипока требует, чтобы ритуал был проведен как можно быстрее.
– Требует?! – неожиданно загремел в комнате голос высокого старика. Он поднялся во весь рост, и казалось, заполнил собой все пространство комнаты, нависая над неожиданно ставшими маленькими и жалкими, людьми:
– Требует?! Вы забываетесь! Я – Великий жрец Чернобога и Морены! И я решаю, когда и как помочь вам – чужестранцам, пришедшим ко мне с мольбой! Это мои боги говорили со мной и это они согласились пожертвовать своим воплощением, чтобы дать возможность вернуться в мир вашему владыке! И вы говорите мне о каких-то требованиях?!
Со своего места поднялся Ицкоатль. Лицо его сохраняло бесстрастность, но, казалось, он готов разорвать говорившего.
Указывая на жреца Чернобога пальцем, он что-то гневно прокричал и, повернув голову, взглянул на Лесто. Тот снова перевел:
– Великий Ицкоатль говорит, что вы должны выполнять волю ваших богов, а не придумывать объяснения. Между нашими богами заключен Договор Возвращения, и ваше дело – исполнять его незамедлительно. Великий Ицкоатль напоминает, что именно благодаря «дымящемуся зеркалу» и власти над заморозками в любое время года, Тецкатлипока и имеет возможность воплощения, что признали и твои боги!
Спокойный, с ленцой, голос, раздавшийся из-за стола, заставил всех троих посмотреть на говорившего.
Четвертый участник встречи смотрел на троицу, вальяжно развалившись в кресле.
– Вы знаете, вот, сколько живу, столько и удивляюсь тому, как самые стройные планы рушатся оттого, что при первых же трудностях, участники начинают искать крайнего. Вы, что, ларёк в пригороде делите? – с искренним удивлением спросил он.
Жрец Чернобога и Ицкоатль смотрели на говорившего с плохо скрываемым бешенством, но тот, казалось, совершенно не испытывал страха.
Посмотрев на них еще несколько мгновений, он неожиданно жестко сказал:
– Сядьте. И послушайте меня.
Говоря это, он поднялся из кресла. Оказалось, что ростом он не уступает старику, а габаритами намного превосходит.
Кивнув Лесто, неожиданный оратор сказал:
– Переводите, дон Мануэль. Всё переводите. Я чувствую, пришло время немного освежить память нашим почтенным гостям.
Лесто шепотом перевел сказанное. Старик же сидел, продолжая свирепо глядеть на говорившего.
– Итак, разрешите вам всем напомнить, что не будь меня, вы бы здесь не собрались. Вы, собственно, кем были то, уважаемый Борис Вениаминович? – спросил он старика, положив ему руки на плечи и нагнувшись к самому уху.
Старик дернулся, но промолчал.
– Вот именно… В безвестности прозябали. И все ваше служение Чернобогу сводилось к убийствам кур возле деревянного столба, упрятанного от посторонних глаз в мещерской глуши.
Борис Вениаминович попытался что-то сказать, но широкоплечий прервал его, наставив в лоб указательный палец.
– Да и там я вас нашел без особого труда. И обязан был бы сдать Стражам. Или без затей отправить к нам на Базу-17.
– Но мы!
– Да! Мы! Договорились. А потому сидите и слушайте.
И жрец сел.
– Теперь вы, Лесто и ваш господин. Поправьте, если я ошибаюсь, но вы сами охотно работали с парнями из Колумбии и ходили под смертным приговором за распространение наркотиков, а сил некогда могучего Ицкоатля и Говорящего с Тецкатлипокой, хватало только на то, чтобы удерживать в страхе пару мелких лесных деревушек.
Дождавшись перевода, Ицкоатль величественно кивнул, и заговорил. Лесто перевел:
– Великий Ицкоатль говорит, что согласен с горькой мудростью ваших слов и желает, чтобы вы говорили и дальше, уважаемый Валерий Степанович.
– И на том спасибо, – несколько театрально поклонился Валерий Степанович.
– А теперь к делу. До тех пор, пока я руковожу «Спецотделом», мне удастся скрывать информацию от Стражей и моего руководства, но не забывайте – я не всемогущ и не вездесущ. И не все люди в Отделе знают о том, что происходит. Поэтому, тянуть не в моих интересах.
Он жестко усмехнулся: – Я тоже хочу получить свою награду.
– И все же, – спросил Лесто, – Что мешает проведению ритуала?
