Я пыталась заставить себя смотреть в глубокий омут его ярких глаз, в которых смогла увидеть не только свое ошеломленное лицо, но и искру любви, мучавшую его и направленную ко мне. Меня трясло от этой правды, и я действительно хотела забыть это, но одна часть меня противилась желанию приятного забвения.
«Нет, оставь. — попросила я. — Не лишай меня этих воспоминаний»
Его губы дрогнули и растянулись в улыбке. Одной рукой он продолжил обнимать меня за щеку, а пальцами второй коснулся моих губ. Мне хотелось оттолкнуть его, след его прикосновений неприятно плавился на моем лице, но я продолжила стоять, как загипнотизированная. И не ведала, его голос так влиял на меня, или это признание меня настолько глубоко потрясло.
— Тогда ты будешь помнить о каждом моем слове и о каждом моем прикосновении. И не сопротивляйся этому. Теперь мы часть одного целого, милая моя.
Мне стало дурно. Ведь я уже слышала эти слова. Только их говорил не он реальный… но он так все это время думал.
Я моргнуть не успела, как он растворился в воздухе и исчез. Но щеки и губы продолжили пылать огнем.
Устало прислонившись спиной, я сползла по стене и сжала себя за волосы. Я спокойно принимала все… Когда-то была реалисткой, но спокойно приняла, что наш мир — лишь одна крохотная часть огромной мультивселенной. Я спокойно приняла свой дар энтариата. Я спокойно приняла, что моя мама была внеземного происхождения. Я спокойно приняла, что Ричард — в прошлом Ион. Без своей воли я спокойно приняла, что стала шпионкой Гардоса.
Но то, что Арктур влюблен в меня… это тяжело укладывалось в сознании…
Утром я попала в королевскую столовую, и ее интерьер меня, как человека, который когда-то думал стать дизайнером, удивил, а также впечатлил и очаровал мой утонченный вкус. На золотисто-серебристых стенах горели длинные полосы неоновых светильников, переливаясь мягкими футуристическими тонами. Пол, устланный узорчатыми коврами, подсвечивался под каждым шагом. На потолке, создавая искрящийся эффект звездного неба, горела призма из тысячи точек огней. Мягкие высокие кресла, сиденья и столы были соединены друг с другом, усиливая ощущение единой композиции. Вся мебель была украшена точно такими же мерцающими неоновыми полосами. И блюда были аппетитны: огромные из сочного мяса, окруженные густой листвой растительности, посыпанные кунжутом, воздушные сладкие белые и розовые десерты, и нежный мягкий чай в серебристых кубках.
Сегодня мы завтракали в королевской столовой, но главного монарха я опять не увидела. Даже спросить не решилась, где он, ибо ответ упал сам мне на голову — Наташа устало рухнула на свой стул и прислонилась щеками к ладоням.
— Папка до вечера занят.
«Блин…» — злобно сжала я губу.
— Ну и ладно, нам то что? — непонимающе спросил Галактион.
— Его интересовала ты, Беатрис. — принцесса посмотрела на меня.
— Чем? — у меня задрожал голос. Неужели у нас взаимный интерес друг к другу? Только мотивы разные…
— Ты полуэнтариатка и, возможно, наша последняя надежда. — пожала плечами Наташа. — И ещё он боится, что Гардос решит сюда прибыть. Поэтому пока мой отец занят до вечера, я предлагаю обсудить результат ДНК и пойти в королевскую библиотеку искать про Стражей Хаоса.
— Результат уже готов? — удивленно охнула Сара.
— Да. — кивнула принцесса. — Правда я конверт ещё не вскрывала и не знаю результата. Хочу, чтобы мы его увидели вместе.
Мое тело обуяла тревога. Даже скудный аппетит пропал. Не хотелось что-либо есть, ибо возникло ощущение, что сейчас любая еда злобно из меня выйдет.
Вообще не было аппетита с утра. Я долго не могла уснуть, а когда все же смогла устремиться в сонное царство, то вскоре меня разбудила Сара и попросила одеться и пойти на завтрак. Мои сухие невыспавшиеся глаза и синяки под веками ее совсем не смутили. Мою бессонницу она посчитала причиной адаптации.
Воспоминание ночного разговора продолжало назойливо меня преследовать, и внутренний голос, словно издеваясь, раз за разом повторял, что мой бывший враг в меня влюблен. Мне тошно от этого осознания. Даже если отбросить нашу вражду — или мою вражду — он меня совершенно не привлекал, как мужчина, как человек. Он просто не в моем вкусе. И если он сейчас вновь подглядывал за мной, меня даже не огорчала мысль, что эти размышления до него доходят.
Даже его имя произносить не хочу.
Я не могла понять, почему именно я… Все это время возле него была Лилиат, мой двойник. Я помню по рассказам, что она была его ученицей. Но почему именно я покорила его сердце, а не она? Лилиат ему больше подходит, чем я…
Когда узнала, что в меня влюблен Роберт, мне было искренне приятно. В то время я была забитой сломленной девочкой из-за травли и издевательств Барбары и ее прихвостней, и считала, что я не достойна большего. И только от одного осознания, что я понравилась однокласснику, я была готова живьём растаять. Но когда в моей жизни появился Нефрит, пускай просто знакомый, от чувств Роберта мне стало неловко. Жаль было этого парня…