Элизабет лишь цокнула языком. Нефрит глубже втолкнул нож, и женщина прикрыла глаза. Арнольд, глядя на это, чудовищно побледнел, а Сара прижала ко рту ладони, с трудом приглушая рвущийся крик.
Нефрит обхватил пальцами худое утонченное запястье Элизабет и, надавливая большим пальцем на ее выступившую под кожей кость и на сплетенный узор голубых вен, тихо сказал:
— Пульса нет.
— Жаль, она бессмертная, и просто отключилась. — тоскливо произнес Галактион.
Сердце Сары билось в страшной агонии… Она вставила нож ей в грудь… что-то заставило ее это сделать… Злость одурманила ей разум… Саре стало от этого тошно… Противно от осознания, что это сделала именно она…
— Идем искать Беатрис! — крикнула она, поднявшись и отвернувшись от Элизабет.
— Тут наши друзья. Мы не можем их бросить! — громко сказал Галактион, поднявшись следом за Сарой.
Из-под тележки вылез еще один лаборант. Его трясло, взгляд огромных перепуганных глаз застыл на Элизабет. Заметив его, Нефрит тут же схватил пришельца за шкирку и крикнул в лицо:
— Приведи их в сознание! — его рука метнулась в сторону Роберта и Милославы.
— Это не входит в мою компетенцию! — пропищал пришелец.
Держа его, Нефрит вытащил нож из груди Элизабет и приставил измазанное голубой жидкостью лезвие к горлу. Галактион сморщил нос, глядя как рана на груди женщины тут же начала затягиваться змеиной кожей.
Лаборант громко сглотнул слюну. Под его подбородком беспокойно билась жилка.
— Возвращай. — сквозь зубы шептал Нефрит. — Возвращай наших друзей в сознание. — парень проговорил каждый слог со всей четкостью.
Пришелец робко кивнул. Галактион выхватил нож с рук Нефрита и сказал:
— Сейчас эта гнида очнется. — и затянувшуюся рану на груди Элизабет он тут же рассек ножом, вставив его впритык.
Лаборант, продолжая трястись, подошел к тумбочке и достал маленький стакан и банку с зеленой жидкостью. Открыв крышку, вылил содержимое в стакан. Арнольд ошеломленно наблюдал, как рукоять ножа окрасилась голубой кровью. Его затуманенный взор видел только это, а не неуклюжие движения лаборанта. Стукнувшись об ножку тележки, пришелец взвизгнул и чуть не оборонил стакан на пол. Нефрит сурово сжал его за шкирку. Лаборант нервно выдохнул и подошел к спящему Роберту. Нефрит продолжал сжимать ткань белой рубашки и наблюдал, как лаборант раскрыл парню рот и начал потихоньку заливать зеленую жидкость в рот.
Через пару секунд парень громко прокашлялся. Его глаза под опущенными веками задергались.
— Сейчас проснется? — спросил Нефрит.
Лаборант торопливо закивал и пошел к Милославе. Нефрит опустил рубашку пришельца и наклонился к Роберту. Арнольд, Сара и Галактион окружили парня и не сводили с него взгляда, ожидая его пробуждения.
Яркая вспышка света мгновенно привела меня в сознание. Перед глазами все плыло, цвета смешались воедино, застелив зрение молочным туманом, и разглядеть ничего не получалось. Голову раскалывала неприятная, тянущая и злобно сдавливающая боль, словно чьи-то крепкие пальцы вонзили острый кинжал в мозг. Тело налилось тягучим свинцом. Поднять собственную руку стало пыткой — она будто покрылась камнем.
Нить реальности утрачена… Где я?.. Что происходит?.. И кто я?..
— Роберт! Роберт! Ты в порядке? — прозвучал знакомый мужской голос сквозь туман.
— Нефрит? — неосознанно вырвалось из моих губ. Я громко сглотнул кислую слюну, и по всему горлу пронесся неприятный привкус. На губах застыли капли непонятной и противной на вкус воды, которые затекали в рот и обдавали сухой горечью.
Хотелось срочно сделать глоток свежей настоящей воды, чтобы очистить собственное горло.
Воспоминания начали возвращаться. Меня зовут Роберт. Мне семнадцать лет. Землю захватил Гардос. Его подружка, графиня Элизабет собралась сделать из меня и девочки Милославы пушечное мясо, и для этого лаборанты приготовились стереть мне память.
Но у них ничего не вышло… Я все помню. Значит, они либо не успели, либо что-то пошло не так.
Раскрыл налитые тяжестью веки, и сухость неприятно ударила в глаза. Кто-то надел на нос оправу очков, и размазанное зрение тут же приобрело остроту и яркость.
Передо мной наклонено обеспокоенное лицо Нефрита. Его лицо скрыто за маской, но в зеленых глазах я увидел свое четкое уставшее бледное отражение. Я смуглый парень, но сейчас выглядел бледнее снега.
Посмотрел в бок. Возле спящей Милославы стоял пришелец-лаборант и лил ей в рот жидкость под строгим надзором высокого кота Галактиона. Возле тумбы лежала без сознания Элизабет… Мой взгляд застыл на испачканным голубой жидкостью ноже, глубоко вставленного ей в грудь… Она… мертва?
Хотелось в это верить.
Рядом с Нефритом стоял Арнольд Харрис. Он тоже был ужасно бледен, а некогда его самоуверенные глаза застила тревога. Возле парня стояла незнакомая низкая девушка с лохматыми русыми волосами и в круглых очках. На ее лице тоже застыл испуг.
— Как я рад вас видеть. — улыбнулся я Нефриту. — М-можно воды?..