Я выпила целый стакан и протянула ему обратно, с настойчивой просьбой идти за добавкой.
— Вот же… Не может этого быть…
— Может. Зачем ты полезла туда, если не знаешь, как поведет себя твоя сила?
Черт, он бесит меня. Но еще больше меня бесит тот факт, что он обо мне беспокоился. Это правда или ложь? Он беспокоился обо мне, как о своем последнем инновационном проекте, которого он рисковал лишиться. Или он просто беспокоился обо мне… Нет, это же Дилан… На, что я надеюсь?
Он налил нам еще по стаканчику виски и краски мира стали казаться не такими мрачными. Сев напротив меня, и в приличной недосягаемости тигра, он спросил, наконец:
— Так тебе удалось? Связаться с Сиджей через подсознание?
— Нет… Но темнота ответила мне… Будто бы она жива.
— Темнота? Ведь в водной могиле ты можешь видеть только визуализированные собственные мысли, если я не ошибаюсь…
— Да, но то была улыбка, окутанная тьмой. Улыбка словно часть темноты, она часть моих мыслей, часть твоих мыслей… Она часть чего-то целого, часть самой тьмы. Она сказала — «Она жива. Твоя сестра жива». Затем я ощутила жар и очнулась.
Дилан уныло вздохнул. Блин, ну почему! Почему Дилана природа наделила такой симпатичной мордой лица, и такой отвратительной внутренней сущностью. Так! Почему, я вообще о нем думаю сейчас?!
— Все это очень странно. Твой рассказ сейчас и то, что ты сказала тогда по возвращению, когда пропала Сиджей. Такое ощущение, что вокруг вас собирается все больше могущественных фигур на арене Вселенской битвы. И всем им, что-то нужно. Меня подобный расклад очень сильно не устраивает.
— Какие еще могущественные фигуры? И причем тут Вселенская арена? Разве мы не связаны только с миром Йома? Наше призвание просто убивать монстров…
— Речь идет о Магрогориане и Волшебнике Измерений. Я был на Площади. Магрогориан опасен, потому, что он самый хитрый из всех Богов мудрости и самый жадный вообще из всех Богов. Он не упустит шанса получить желаемое, будь-то Синхрониум или же вы сами.
— Странно слышать такое от тебя. Я думала ты нас используешь и продаешь Магрогориану. А выходит, у тебя нет другого выбора… — признаться, подобных откровений от своего мучителя я не ожидала.
Так Площадь и содружество Богов, в лице Магрогориана навязывает Дилану свои правила игры. А Дилан получается вовсе и не хочет, чтобы мы стали их цепными собачками, которых будут спускать по первому зову? Получается, мы были несправедливы и невнимательны к Дилану? Сиджей, какого черта тебя нет! Я уже в конец запуталась!
— Твоя категоричность никогда не доводила до хорошего. Хуже Магрогориана может быть только он — Волшебник Измерения. Магрогориан одновременно боится его и хочет победить. Но… кишка у него тонка.
— Что?!
— Джейси, мощи Площади не хватит, чтобы сражаться с Волшебником Измерения. Магрогориан не перестает об этом талдычить, это можно было принять за оборонный маневр, если бы… не было просто страхом.
И это говорит сейчас Дилан, наш несчастный и жалкий человек? Он всего лишь человек, а говорит про страхи Богов? Хм, Дилан, не слишком ли ты самоуверен?
— Получается… И всех объединяет взаимная неприязнь, но при этом все очевидно знают на чьей стороне перевес. Магрогориан хочет получить Синхрониум, надеясь расстроить планы Волшебника. Но сам же Волшебник весьма поверхностно относится к своему прибору, его цель мы… Теперь уже можно не сомневаться. Раз он увел куда-то Сиджей, ему что-то нужно от нас. И вовсе не прибор.
— Все верно, мы теперь будто заложники между Волшебником и Магрогорианом. Моего влияния не хватит, чтобы вас защитить от них обоих. И выход только один — получить прибор.
Я не узнавала его. Этот решительный взгляд и четкую речь, это был не тот Дилан, который пытал нас в лаборатории, и отсчитывал за пьянки и гулянки, при этом жутко боясь, что мы его же и побьем. Дилан, который не мог или не хотел отвечать на постоянные оскорбления с нашей стороны в свой адрес. Тот Дилан запутался в паутине лжи, а этот Дилан говорил правду, открыто, четко и уверенно. Он говорил о нашей защите. Он нас защищает? Так все это время он пытался отгородить нас от навязчивости Магрогориана? Я потянулась и рукой ущипнула его за щеку.
— Ай! Больно! Ты чего?
— Это и правда ты?! Совсем не похож… То есть, если мы получим прибор, сможем заставить Магрогориана обменять его на нашу свободу, но при этом прибор может стать рычагом в переговорах с Волшебником.
— Именно, Джесс. Мы дождемся возвращения Сиджей. Теперь мы точно знаем, что она жива. Я задействую всю мощь корпорации, чтобы фиксировать любую аномальную активность Йома по всему миру. А когда она вернется соберите синхрониум, и тогда получите так желанную свободу.
