– Люди Графа Демидова вели с кем-то бой, и успели выключить оборудование, – задумался Турмистров.
– Логично, – заметил Александр. – Они взрывали бутылки с энергозарядом на территории крепости. Если бы повредили энерголинии, то вывели бы аванпост из строя, а возможно, и телепорт. Так что приняли меры.
– Н-да… – задумчиво согласился Гидеон.
Он всмотрелся вдаль, стремясь разглядеть на той стороне, – на Тересаре, такую же опорную платформу моста, какая лежала перед окном.
Александр понял это, отрицательно покачал головой:
– Фрагмент движется вокруг своей оси. Площадка может быть не в зоне соединения.
– Я понял, – кивнул Турмистров, но рассмотреть, что там сейчас на той стороне всё-таки хотелось.
Своим зрением такую даль не осилить, так что Гидеон собрался снять с рунабра пластину астроока и приставить к лицу, чтобы посмотреть через неё.
Отвлёкшись на это мгновение, он обратил внимание на то, что не все его стражи рядом. Адам и Даниэль чистили дорожки энергоконтуров на панелях управления. Платон, сложив руки на груди, с интересом разглядывал всё вокруг.
Турмистров обернулся, нашёл глазами Ровену и Рафаэля и удивился. Бельская лежала на полу рядом с одним из гигантских корневищ, буквально головой под ним, и что-то ощупывала рукой внутри.
Кайсаров сидел рядом с ней на корточках.
Гидеон усмехнулся:
– Бельская, нашли что-то интересное?
Ровена выползла из-под массы, встала на колени, тяжело дыша, и подняла голову. И её сверкающий взгляд мгновенно убрал улыбку с лица Гидеона.
– В чём дело? – спросил он.
Александр, услышав его вопрос и тон голоса, сразу обернулся и, увидев выражение лица Бельской, немедленно шагнул к ней:
– Ровена, всё в порядке?
– Подойдите, – хрипло прошептала та. – Вы должны это видеть.
Войдя в зал, Бельская конечно тоже с интересом огляделась, но её внимание привлекло кое-что другое – образование сросшихся корней в паре шагов от неё. Проходя мимо этой уродливой массы, Ровена внезапно увидела торчащее из неё горлышко бутылки, обмотанное тканью. В самом низу почти у пола. Это заставило её присесть на корточки и осмотреть внимательней.
Бельская даже захватила пальцами горлышко бутылки, потянула на себя. Но та застряла плотно. И явно была цела. Ею, похоже, не успели воспользоваться. Интересно, как она застряла в этой засохшей массе?
Кайсаров, заметив, что Ровена отстала, вернулся к ней. Та как раз легла на пол, заглядывая под засохшее корневище, засунула в него руку, нащупывая бутылку.
Рафаэль присел рядом, усмехнулся:
– Нам вряд ли нужен заряд трёхсотлетней давности, он, скорее всего, иссяк.
– Проверим, – усмехнулась Бельская. – Хочу понять что это.
Повреждения от энергозаряда, заключённого в бутылку, не были похожи на обычный современный боевой заряд.
– Гораев сказал, что он не большой мощности, так? – произнесла Ровена.
– Да, – кивнул Кайсаров, – это объясняет незначительную степень оплавления камня.
– А ящики с боеприпасами?
Рафаэль вопросительно поднял бровь, но сразу понял, тоже вспомнив. Обходя крепость, они видели, что запас ещё остался. И даже в старинных снарядах-ядрах мощи намного больше, чем в таких бутылках. Однако, люди графа Демидова, обороняя аванпост от неизвестного врага, почему-то использовали именно маломощные сосуды. Что за странный выбор оружия?
– Надо сделать анализ заряда, – сказала Ровена, пытаясь достать бутылку.
Она нащупала её внутри, но выдернуть не могла. Что-то мешало. Бельская наконец заползла прямо под массу, стараясь увидеть во что там упёрлась бутылка, но когда её голова оказалась под корневищем, Ровена замерла… Горло выдало какой-то звук, потому что вдох резко оборвался. Бельская ещё секунды осознавала, на что смотрит, и сердце медленно, но верно поползло из груди в пятки. Ровена сглотнула.
Кайсаров, видя, что она затихла, наклонился к ней:
– Что там?
Бельская не успела ответить. Услышала вопрос Гидеона. Она немедленно вылезла из-под массы, выдохнула, и, позвав Турмистрова и Александра, кивнула Рафаэлю:
– Переворачиваем.
Кайсаров взялся за корневище с другой стороны. Они с Ровеной довольно легко оторвали его от пола, подняли и завалили назад. Бельской нужно было открыть живот этой твари. И теперь она точно знала – это тварь.
При подъёме от засохшей массы с треском начали отваливаться куски, но её серединная часть открылась в целом виде. Общий возглас удивления был очень кратким, и стражи замерли, увидев, что под тем, что можно было принять за скопление засохших корневищ, находится человеческий скелет. Не просто находится, – он был пронзён отростками этой массы насквозь через живот и грудь, шею и голову, и даже глаза. Рот скелета был открыт. Челюсти неестественно вывернуты. Лицевые кости замерли в последнем вопле.
