— Ну, я очень устал после трудного путешествия и спал крепко. Думаю, Айен спал так же крепко. За последние пять лет, а это не так уж мало, он привык постоянно чувствовать рядом Дженни, вот и вчера, наверное, спросонья принял меня за Дженни, обнял и поцеловал в затылок. А я, — тут он запнулся и так густо покраснел, что это было видно даже при слабом свете луны, освещающей комнату, — я спросонья решил, что это Джек Рэндолл.
Я слушала эту историю, не смея перевести дыхание. И только тут с облегчением вздохнула.
— Наверное, Айен был в шоке, — сказала я.
Рот Джейми искривился.
— Видимо, да. Но я повернулся и ударил его по лицу, а через минуту уже сидел верхом на нем и дубасил его изо всех сил. Хозяева тоже страшно перепутались. Потом я объяснил им, что мне привиделся какой-то кошмар, что, в сущности, и было правдой. Я никогда не забуду эту сцену: Айен, избитый, стонет в углу, а хозяйка дома, похожая на жирную сову, сидит с растерянным видом на кровати и непрерывно повторяет: «Кто, кто?»
Я невольно рассмеялась, представив себе эту сцену:
— Боже мой, Джейми. А как же Айен?
Джейми слегка пожал плечами:
— Ты ведь видела его. Через некоторое время все снова улеглись спать, а я пролежал без сна всю оставшуюся часть ночи, уставившись в потолок.
Джейми не противился, когда я взяла его левую руку и стала осторожно поглаживать поврежденные костяшки пальцев. Его пальцы переплелись с моими.
— На следующее утро мы снова отправились в путь, — продолжал Джейми, — я дождался, когда мы достигли места, удобного для привала, и рассказал Айену всю историю, связанную с Рэндоллом.
Сейчас мне становился понятным странный взгляд, которым Айен наградил Джейми. И напряженное выражение на лице Джейми, и круги под глазами. Не находя нужных слов, я молча слегка стиснула его руку.
— Я не думал, что смогу кому-нибудь рассказать об этом, кроме тебя, Саксоночка, — проговорил он, сжимая в свою очередь мою руку. — Что касается Айена… ведь он… — Джейми старался подыскать как можно более точные слова: — Он ведь знает меня, как ты считаешь?
— Конечно. Ведь вы знаете друг друга всю жизнь, не так ли?
Он кивнул, глядя невидящим взглядом в окно. Снова пошел снег, легкие снежинки кружились в воздухе и мягко ложились на землю. И земля была белей, чем само небо.
— Айен всего лишь на год старше меня. В детстве мы всегда были рядом. Не было дня, чтобы мы не виделись, пока я жил дома. И даже потом, когда в четырнадцать лет я отправился с Дугалом в Леох, а позже — учиться в Париж, я не забывал о нем никогда. И стоило мне хоть ненадолго вернуться домой, я тотчас спешил к нему, и мы оба ощущали себя так, будто вовсе и не расставались. Мы просто улыбались друг другу и уже не расставались, бродили по полям и горам и без конца разговаривали обо всем на свете. — Он вздохнул и провел рукой по волосам. — Айен — словно часть меня самого, которая всегда оставалась здесь, независимо от того, где находился в то время я, — сказал он, старательно подбирая слова. — И я подумал… Я должен рассказать ему. Мне не хотелось нарушать… это единство. Мне хочется остаться частью Айена. Частью Лаллиброха. — Он указал жестом на окно, затем повернулся ко мне: — А ты знаешь почему?
— Мне кажется, догадываюсь, — снова сказала я ласково. — Ну а Айен?
Джейми опять передернул плечами, словно рубашка была ему узка и стесняла его.
— Трудно сказать. Вначале, когда я стал рассказывать, он только покачивал головой, как будто не веря мне, а когда наконец поверил…
Джейми умолк и облизнул губы. И я поняла, как тяжело дался ему разговор с Айеном.
— Я видел, что Айену хочется вскочить на ноги и начать ходить взад-вперед, но он не мог из-за ноги. Он лишь сжимал и разжимал кулаки, лицо его сделалось белее снега, и он неустанно повторял: «Как? Как? Джейми, как ты мог позволить ему сотворить с тобой такое?» — Джейми покачал головой. — Не помню, что я отвечал и что еще говорил он. Я только помню, что кричали друг на друга. И что он хотел ударить меня, но не смог, опять же из-за ноги. — Джейми горько усмехнулся. — Мы были похожи на пару дураков, размахивающих руками и кричащих друг на друга. Но я перекричал его, и он наконец замолчал и дослушал меня до конца. Потом вдруг замолчал я и уже не мог говорить. Мне показалось это совсем не нужным. Я сел на камень и обхватил голову руками. Через некоторое время Айен окликнул меня, сказав, что пора продолжать путь. Я кивнул, поднялся, помог ему сесть на лошадь, и мы молча поехали дальше.
Джейми почувствовал наконец, как крепко сжимает мне руку, и ослабил хватку, но продолжал медленно передвигать обручальное кольцо у меня на пальце.
— Мы долго ехали молча, — тихо продолжал Джейми. — Вдруг я услышал какой-то странный, хлюпающий звук. Я пришпорил свою лошадку и, догнав Айена, заглянул ему в лицо. Он плакал. Слезы ручьем текли у него по лицу. Он понял, что я заметил его слезы, и хотя все еще был очень сердит, протянул мне руку. Я принял ее. Его рукопожатие было таким сильным, что у меня затрещали кости. Так мы доехали до дома.
Я чувствовала, как напряжение покидает Джейми.
