Часовым у ворот Холируда был Макдональд, один из людей Гленгарри. Отвлекшись на секунду от своего занятия — поиска вшей, он узнал Джейми и впустил нас внутрь. От теплой погоды эти паразиты еще более оживились. Покинув уютное местечко где-нибудь под мышкой или в паху, мерзкие существа порой пускались в опасное странствие по рубашке или пледу и неожиданно оказывались в руках их владельцев.
Джейми, улыбаясь, что-то сказал ему по-гэльски. Солдат засмеялся, сделал вид, что вытащил из-за пазухи вошь и бросил ее в Джейми, который, подхватив шутку, притворился, что поймал ее, окинул критическим оком и, подмигнув мне, забросил себе в рот.
— Ну как голова вашего сына? — вежливо осведомилась я у лорда Килмарнока, встретившись с ним в танце на балу в галерее Холируда.
Меня мало волновало самочувствие Джонни, но коль скоро этого разговора все равно не избежать, я решила поговорить здесь, где возможная враждебность между нами не будет замечена большим количеством людей.
Галерея представляла собой длинный зал с высоким потолком, стрельчатыми окнами и двумя большими каминами. Она служила местом проведения серии пышных приемов, знаменовавших торжественное вступление Карла в Эдинбург в сентябре. Сейчас здесь собрались сливки высшего общества Эдинбурга, чтобы засвидетельствовать почтение Карлу, — складывалось впечатление, что он и впрямь может победить. Дон Франсиско — почетный гость Карла — стоял в парадной части залы, беседуя с хозяином. Он был одет в унылом испанском стиле: в мешковатые темные панталоны и совершенно бесформенный кафтан с круглым плоеным жестким воротником — молодежь и модная публика не могла без скрытой иронии взирать на этот нелепый костюм.
— О, все в порядке, миссис Фрэзер, — беззаботным тоном ответил Килмарнок. — Шишка на голове не беспокоит мальчишек в его возрасте. Но его самолюбие, конечно, уязвлено, — добавил он и неожиданно весело улыбнулся.
Я улыбнулась ему в ответ, испытав облегчение.
— Я пытался привить Джону черты, необходимые наследнику рода Килмарноков. Но вот смирению никак не мог научить. Может быть, вашему слуге это лучше удастся.
— Надеюсь, вы не отлупили его после этого?
— Простите, как вы сказали?
— Да нет, ничего, — ответила я, покраснев. — Посмотрите, это Лохиель? А я думала, он болен.
От танца у меня перехватывало дыхание, да и лорд Килмарнок, видно, тоже не был настроен на разговор, поэтому у меня была возможность осмотреться вокруг. Карл не танцевал, хотя слыл превосходным танцором и молодые дамы Эдинбурга жаждали его внимания. Сегодня он был занят, развлекая своего гостя. Я заметила, что в полдень на кухню был доставлен небольшой бочонок с португальским товарным знаком, выжженным на боку, и бокалы с рубиновой жидкостью словно по волшебству то и дело появлялись в левой руке дона Франсиско.
Мы пересекли дорожку Джейми, ведущего в танце одну из трех мисс Уильямс. Их почти невозможно было отличить друг от друга. Совсем юные, с одинаковыми каштановыми волосами, и все как одна твердили: «Здесь так интересно, в этом благородном собрании, мистер Фрэзер…» Я сразу же устала от них, но Джейми, это воплощение терпения, танцевал со всеми тремя по очереди и отвечал снова и снова на одни и те же глупые вопросы.
— Конечно, это большое развлечение для них, бедняжек, — добродушно объяснял он. — К тому же их отец богатый купец, и его высочество захочет заручиться симпатией этой семьи.
Все три мисс Уильямс были очарованы Джейми, и мне показалось, что он тоже взбодрился. Затем я обратила внимание на Балмерино, танцующего с женой лорда Джорджа Муррея. Я заметила, как супруги Муррей обменялись влюбленными взглядами, когда она со своим партнером и он с одной из мисс Уильямс встретились в танце, и была смущена, увидев, с кем танцует Джейми.
Неудивительно, что Колума не было на балу. Интересно, думала я, удалось ему уже поговорить с Карлом или нет, и решила, что еще нет. В противном случае Карл не выглядел бы таким веселым и беззаботным.
Вдруг я заметила еще две коренастые фигуры, стоящие у стены. На них были почти одинаковые парадные костюмы, плохо подогнанные по фигуре. Это были Джон Симпсон — знаменитый мастер по ковке мечей из Глазго и его сын, тоже Джон Симпсон. Они прибыли сюда в начале недели, чтобы преподнести Карлу один из своих великолепных палашей с эфесом, которыми они прославились на всю Шотландию. Сегодня их пригласили сюда для того, чтобы продемонстрировать дону Франсиско, какой огромной поддержкой пользуется Стюарт.
У обоих мужчин были густые черные волосы и бороды, слегка тронутые сединой. Я видела, как старший Симпсон слегка толкнул младшего в спину и многозначительно кивнул в сторону одной из купеческих дочерей, стоящей рядом с отцом в надежде, что ее снова кто-нибудь пригласит на танец.
Симпсон-младший одарил отца скептическим взглядом, но, пожав плечами, выступил вперед и с поклоном предложил руку третьей мисс Уильямс.
Я с удивлением и восхищением наблюдала, как они закружились в танце, поскольку Джейми, и раньше встречавшийся с Симпсонами, говорил мне, что Симпсон-младший совершенно глух.
