— Я бы мог их присвоить, — откровенно признался Саймон-младший, — если бы от этого мне была какая-нибудь польза. Но в данном случае, я думаю, будет больше хлопот. У меня нет желания воевать с Маккензи или с тобой, племянничек, — добавил он с широкой ухмылкой. — Может, Лаллиброх и богатое поместье, но оно далеко от Бьюли, и будет дьявольски трудно удержать его — что по суду, что силой. Я говорил об этом отцу, но он ведь слышит только себя.
Молодой человек тряхнул головой и прикрепил к поясу меч.
— Лучше, вероятно, воссоединиться с армией, и, если эта армия собирается сражаться, как тогда под Престоном, им потребуются все до единого. Я еду с тобой, — твердо заявил он.
Джейми кивнул, медленная улыбка озарила его лицо.
— Ну, тогда спасибо, Саймон. Ты будешь очень полезен.
Саймон кивнул.
— Ладно. Было бы полезно попросить Дугала Маккензи замолвить за тебя словечко. Он сейчас как раз в Эдинбурге.
— Дугала Маккензи? — Джейми вопросительно вскинул брови. — Конечно, это не повредило бы, но…
— Не повредило? Нет, вы только послушайте его… Да этот Маккензи — ближайший друг принца Чарли.
Саймон развалился в кресле, насмешливо глядя на своего единокровного племянника.
— Почему? Что, скажите на милость, он сделал? — удивилась я. — Дугал привел Стюарту двести пятьдесят вооруженных людей, но вклад других предводителей кланов не меньше.
— Десять тысяч фунтов, — произнес Саймон, смакуя каждое слово. — Десять тысяч фунтов в прекрасных полновесных стерлингах положил Дугал Маккензи к ногам своего сюзерена. И это, конечно, не осталось незамеченным, — сухо добавил он; от его ленивой позы не осталось и следа. — Камерон только что говорил мне: те деньги, что Карл получил от испанцев, уже кончились, а от английских сторонников, на которых он рассчитывал, поступает чертовски мало. Так что десять тысяч Дугала помогут в течение по меньшей мере нескольких недель снабжать армию продовольствием и оружием. А там, глядишь, подоспеет помощь из Франции.
Поняв наконец, что действия его безрассудного кузена являются прекрасным отвлекающим маневром, удобным для него, Луи с неохотой согласился выделить Карлу кое-какие деньги. Однако с тех пор прошло немало времени.
Я с удивлением взглянула на Джейми, на его лице отразилось такое же удивление. Где, скажите на милость, Дугал Маккензи мог достать эти десять тысяч? И вдруг я вспомнила, что раньше слышала эту цифру — в яме для воров в Крэйнсмуире, где провела три бесконечных дня и три ночи в ожидании приговора по обвинению в колдовстве.
— Джейлис Дункан!
Я вся похолодела при воспоминании о той беседе в непроглядной тьме грязной ямы, когда моим собеседником был только голос. В гостиной было тепло, но я потуже запахнула на себе плащ.
«Я выпотрошила его на десять тысяч фунтов, — говорила Джейлис, похваляясь кражей, которую она совершила, подделав подпись своего мужа. Артур Дункан, которого она отравила, был налоговым инспектором края. — Десять тысяч фунтов для якобитов. Когда начнется восстание, я буду знать, что помогла им».
— Она украла их, — сказала я, чувствуя, как задрожали руки при мысли о Джейлис Дункан, обвиненной в колдовстве и принявшей мучительную смерть под ветками рябинового дерева.
Джейлис Дункан, которая перед смертью успела родить ребенка своему возлюбленному — Дугалу Маккензи.
— Значит, она украла их и отдала Дугалу или он сам забрал их у нее, не говоря, куда они пойдут. — Взволнованная, я поднялась с места и зашагала взад-вперед перед огнем. — Негодяй! Так вот чем он занимался в Париже два года назад!
— Чем?
Джейми, нахмурившись, смотрел на меня, Саймон сидел открыв рот.
— Устанавливал связь с Карлом Стюартом. Он навещал его, чтобы выведать, действительно ли тот планирует восстание. Возможно, он уже тогда пообещал ему деньги, поэтому-то Карл и рискнул отправиться в Шотландию — на деньги Джейлис Дункан. Но пока Колум был жив, Дугал не мог открыто передать деньги Карлу: Колум начал бы задавать вопросы. Он был слишком честным человеком, чтобы пользоваться ворованными деньгами, не важно, кто и когда их украл.
— Понятно, — проговорил Джейми, в задумчивости опустив глаза. — Но сейчас Колум мертв, а Дугал Маккензи — фаворит принца.
— Говорю же тебе, для тебя это очень выгодно, — заключил Саймон, раздраженный разговорами о неизвестных ему людях и делах, из которых он и половины не понял. — Разыщи его, в это время он, вероятно, в пабе «Уорлд Энд».
— Ты думаешь, он захочет говорить о тебе с принцем? — встревоженно спросила я Джейми.
Какое-то время Дугал был приемным отцом Джейми, но с тех пор их отношения, конечно, изменились. Он мог не захотеть рисковать своим авторитетом у принца, выступая в защиту кучки трусов и дезертиров.
Но Молодой Лис явно унаследовал хитрость и сообразительность своего отца.
— Маккензи не хотят терять Лаллиброх, верно? И если он подумает, что отец и я пытаемся наложить лапу на эти земли, он уж постарается помочь тебе вернуть твоих людей. Когда война окончится, ему будет куда дороже бороться с нами за эти земли, чем помочь тебе сейчас.
