Горячо поблагодарив Ларису и закончив телефонный разговор, я заглянула в комнату, где отдыхали Ирка и Зинуля, погрузившаяся после приема слоновьей дозы валерьянки в глубокое оцепенение. Моя подруга уже забралась на кровать, но заснуть еще не успела. Я поманила ее пальчиком, увлекла в кухню и рассказала о звонке Ларисы.
– Значит, Соня и Артур, – повторила Ирка, заглянув в мою шпаргалку. – Артур – это мужское имя, а ту пару, которую мы ищем, составляют две женщины. Стало быть, надо звонить Соне.
– Звоню, – я без возражений набрала номер и прилепила трубку к уху. Пока шел вызов, шепотом спросила подругу:
– А что я ей скажу?
– Да так и скажи, честно и прямо: мы, мол, по поводу кролика, – посоветовала Ирка. – Если для этой Сони кроличья тема неактуальна, она спросит, о каком кролике идет речь, или вообще скажет: «Вы ошиблись номером». Тогда мы вычеркнем ее из списка.
Тут трубка басовито кашлянула мне в ухо, я вздрогнула, отмахнулась от подружки и немного нервно спросила:
– Алло, это Соня?
– Ну, Соня! – с готовностью подтвердила трубка. – А шо?
Соня басила, как усталый пароход на входе в гавань. При этом голос был хриплый, но веселый, с ярко выраженным малороссийским прононсом. Очень похоже было, что Соней почему-то зовется здоровенный мужик, который прибыл на горнолыжный курорт прямиком с одесского Привоза.
– Соня, я звоню вам по поводу кролика, – начала я в точности так, как велела Ирка.
– Шо, серьезно? – чему-то обрадовался хрипатый Соня. – А шо с ним такое?
– Ну как же? Он же сбежал, – сообщила я в продолжение и развитие темы.
– Врешь?! – Сонина сдержанная радость превратилась в безудержное ликование.
Трубку он то ли бросил, то ли уронил, и я услышала слегка приглушенный крик:
– Ша, салаги! Мы таки имеем повод напиться! Вы знаете новость? Кролик откинулся!
В ответ невидимые салаги оживленно загомонили, зазвенели и забулькали. В смешении голосов и звуков я улавливала только обрывки фраз, из которых следовало, что салаги с Соней во главе единодушно приветствуют побег кролика, хвалят его за ловкость и отвагу и называют гигантом. Только один критичный голос осторожно высказался в том духе, что ловкость и отвага – это, конечно, очень хорошо, но за героический побег гиганту припаяют к сроку еще несколько лет. После этого я заподозрила, что мы с Соней говорили о совершенно разных кроликах, и поспешила отключиться.
– Ошибочка вышла, – смущенно объяснила я Ирке. – Похоже, что Соня не женщина, а мужчина, и Кролик его не мелкий пушной зверь, а матерый волк-уголовник. Я, пожалуй, лучше Артуру позвоню.
– Артуру так Артуру, – легко согласилась подруга.
Однако толком поговорить с Артуром мне не удалось. Я только успела сказать:
– Здрасьте, я по поводу кролика!
– Рыбонька, это тебя! – безразлично пробормотал мужской голос в трубке.
Через несколько мгновений мне в ухо кокетливо мурлыкнула какая-то дама:
– М-да-а?
– Я звоню вам по поводу кролика, – повторила я.
– Какого кролика?
– Белого, в розовую полоску.
– Это шутка, наверное? – кокетливая дама враз озлобилась. – Кто вам дал мой номер, Наташка? Скажите этой дуре, пусть сама покупает шубу из крашеного кролика! Выдра щипаная!
Трубка сердито загудела.
– Ну? – поторопила меня Ирка, заинтересованно ожидающая моего доклада о состоявшемся разговоре.
– Опять мимо, – коротко ответила я и удивленно посмотрела на телефон. – Вот уж не думала, что кроличья тема так или иначе близка всем и каждому! И у Сони, и у Артура с его подругой с кроликами связано что-то личное! Воистину, кролики – это не только ценный мех!
– Полагаешь, эти мелкие грызуны играют значительную роль в жизни современного человечества? – хихикнула Ирка. – А вот мы сейчас это проверим!
Моя подружка наелась, отдохнула, ей захотелось пошалить, и я не стала препятствовать ей в проведении небольшого блицопроса.
Первым делом Ирка выглянула во двор и запросто спросила Анатолия, который гордой и размеренной поступью хорошо потрудившегося человека шествовал мимо окна, держа в руках снегоочистительную лопату и классическую метлу Бабы-яги:
– Анатолий, что вы думаете о кроликах?
– Они вкусны, полезны и питательны, – не задумываясь ответил труженик.
– Какой банальный ответ! – сокрушенно сказала мне подруга, убрав голову из форточки. – Анатолий – приземленная личность, у него совершенно нет фантазии!
– Фантазий полно у Дины, – подсказала я, кивнув на окно. – Спроси еще у нее.
Катькина подружка как раз пересекала двор, направляясь из большого дома к нашему флигелю. Через минуту она заглянула к нам в кухню и спросила:
– Девочки, вы не знаете, как Зинуля? Она не спит? Мне нужно с ней поговорить.
– Попробуй, – сказала я, голосом выразив сомнение в успехе этого предприятия. – Зинуля сейчас в комнате. Она не спит, но вид имеет отсутствующий.
– Сначала поговори с нами, – попросила неугомонная Ирка. – Ответь на один вопрос: с чем у тебя ассоциируются кролики?
– С сексом в извращенной форме, – без запинки ответила Дина и ушла в комнату к Зинуле.
Мы с подругой переглянулись.
– Очень неожиданный ответ! – с уважением сказала Ирка.
– Давай еще Коляна спросим! – завелась я.
– Он же спит?
