– В той шифровке были еще «эф» вначале и плюс и «ха» в конце! – напомнил Колян.
– Плюс и косой крест! – поправила я его, гордясь своей сообразительностью. – Катька решала задачку, как шахматную, и машинально зафиксировала победный ход: Ферзь – латинская «Эф» – идет на Бэ пятьдесят два – шах и мат!
– В шахматах ферзь – самая мощная и подвижная фигура, так? – припомнил Колян. – По-другому ее еще называют королевой.
– Катькина роль, – кивнула я. – А королем, который получил мат от ферзя-королевы, был Тараскин.
Мы замолчали, и в наступившей тишине услышали недоверчивое бормотание Ирки.
– Катька убила Вадима? – бубнила она. – Она его убила, мерзавца такого… Ну и правильно сделала! Отомстила и за отца, и за возлюбленного, и за свою собственную сломанную судьбу!
Голос подруги окреп и зазвенел, глаза засверкали, и искрящийся слезой взгляд уперся мне в лоб, как двустволка:
– Как ты могла! – возмущенно сказала Ирка. – Такого я от тебя не ожидала! Зачем ты все рассказала ментам? Если бы не ты, это могло сойти за несчастный случай!
– Да я…
Разгневанная подруга не желала слышать никаких оправданий и объяснений.
– Ты так заигралась в детектива, что перестала видеть за значками шифровок живых людей! – запальчиво упрекнула она меня.
– Живых и мертвых! – справедливости ради напомнила я.
– Ты выдала бедную Катьку! – со слезами в голосе воскликнула Ирка. – Никогда тебе этого не прощу!
С этими словами она сорвалась со стула и убежала, громко хлопнув дверью. С вытянувшейся физиономией я стояла посреди комнаты и слушала удаляющийся топот насмерть обиженной подруги. Вот те на! Никогда прежде мы с Иркой не ссорились!
– Не огорчайся, Кыся! – утешая меня, сказал Колян. – Иришка немного остынет и поймет, что ты совершила сознательный гражданский поступок.
– Да ни фига подобного! – горько усмехнулась я. – Если ты хочешь знать всю правду, то я…
Сделать еще одно сенсационное признание мне помешал телефонный звонок.
– Да! – сердито рявкнула я в трубку мобильника, выплескивая накопившуюся злость.
– Добрый день, я по поводу кролика, – сказал очень вежливый мужской голос. – Мы могли бы с вами встретиться? У нас к вам дело.
– Не успеешь закончить одно дело, как подваливает другое! – пожаловалась я Коляну, впервые в жизни посочувствовав Лазарчуку, вечно сетующему на засилье сыщицкой работы. – Ладно, давайте встретимся! Когда и где?
– Вообще-то мы уже стоим у ворот, – сообщил вежливый мужчина. – Красная «Нива».
– А, так вы Васюля! – я хищно улыбнулась. – А ваша ревнивая супруга не будет возражать против нашей встречи?
– Алиса в курсе, она тут, рядом со мной, и это ее идея.
– Тогда мне понадобится подкрепление, – пробормотала я, вспомнив, как ругала и стращала меня темпераментная Васюлина женушка. – Ждите, мы сейчас будем!
Я выключила трубку, посмотрела на Коляна и нарочито безмятежно спросила:
– Милый, ты не хочешь совершить со мной на пару небольшую прогулку за пределы дачи?
– Если не на квадроцикле и не на гору Б-52, то всегда пожалуйста! – любезно ответил супруг.
Намек его мне не понравился, но я решила отложить воспитательный скандал до лучших времен.
22
Ворота приоткрылись, и с огороженной территории вышли два человека.
– Идут! – встрепенулся Василий и повернулся к супруге. – Милая, ты только помни, о чем мы с тобой договорились!
Алиса замерла на соседнем сиденье. Неподвижная, бледная от волнения и злости, она была похожа на мраморный бюст неукротимого революционного героя.
– Не бойся, морду я этой девке бить не буду! – прошипела она.
Оценив тон, каким это было сказано, Василий заподозрил, что от битья девкиной морды воинственная Алиса отказалась в пользу какого-то еще более разрушительного процесса.
– И вообще руки не распускай! – строго сказал он. – Видишь, какие у них тут хоромы! Жирно живут! С такими зубрами лучше не бодаться!
– Я бы этим зубрам рога пообломала! – сказала Алиса, недобро зыркнув на приближающуюся пару.
– Цыц, я сказал! Только все испортишь! – свирепо шепнул Василий и открыл дверцу.
Одновременно он нацепил на физиономию милую улыбку и задушевно сказал:
– Добрый день!
– Ну, это кому как, – вполне дружелюбно ответила ему симпатичная молодая женщина. – У вас, может, и добрый день, а у нас во дворе четыре трупа!
– Вы шутите? – опешил Василий.
– С вами мы, может, и пошутили бы, но опергруппу разыгрывать – себе дороже! – в тон женщине ответил ее спутник – высокий, широкоплечий парень.
Передумав выходить из машины, Василий втянул ногу и голову обратно в салон, притворил дверцу и тихо сказал жене:
– То ли психи, то ли самая бандитская крутизна!
– На понт берут! – прошипела в ответ несгибаемая Алиса. – Запугивают, чтобы мы сговорчивее стали! Не поддавайся!
Василий снова толкнул дверцу, наполовину выступил из машины и по возможности небрежно сказал:
– Ладно, ваши трупы нас не интересуют!
– Что вы имеете в виду, когда говорите «ваши трупы»? – поинтересовалась женщина. – Вы нам угрожаете?
– Ни боже мой! – поспешил заявить Василий. – Мы не вооружены и не опасны!
