–Знаешь, что такое Шар Истины? Это - абсолютное оружие! С его помощью можно подчинить себе всю Нурекну.
–Ага, вот, значит, что тебе надо!
–Да не мне, а им надо! Хранителям! Я хочу не допустить этого. Как только они соберут Шар - пиши пропало.
–О, да! Поэтому ты и послал своих мохнатых стырить Талисман? А может, и греллы у тебя белые и пушистые?
–Что они ещё наговорили?
–Ничего. Я сама всё видела. Считаешь, у меня вместо мозгов кочан капусты? Греллы - людоеды. Ну, а ты… а ты заложил душу Тьме, чтобы отомстить за дочь, и вот забыл про неё. Эй, что это? Пр-роклятье!
Последнее слово относилось к тому, что мой взгляд случайно упал на Лизу с Никой. В начале нашей беседы они светились так ярко, что глаза слепило, а сейчас - еле-еле, да и то наползающие тени готовились поглотить затухающие искорки. Гипноз или колдовство? Итог один: Кормак вот-вот перетянет светлых на свою сторону. Чего уж проще! Просто выключить свет, и дело с концом. Может, я и правда в прошлой жизни была Солле? Ага, во мне разве можно что погасить, если света не было изначально? Но как тогда прекратить это безобразие? Эдак ещё чуть-чуть, и девочки превратятся в преданных слуг тьмы!
–Ты же Ветер! Не Светлая! Тебе всё равно, на чьей стороне быть! - он наконец-то отбросил притворство.
–Верно, - я сжала зубы, - возможно, мне наплевать на торжество Света, возможно, мне и нравится твоя идея, но мне не нравишься ты! Проклятый сукин сын с раздутым эго! Да чтоб ты сдох, мразь!…
Серебристый монстр зарычал, открыв пасть едва ли не на половину объёма пещеры, а из моих туманных рук вдруг ударили две плотные струи из того же тумана, которые неожиданно для нас обоих отбросили Кормака к стенке и окутали его облаком клочкастого пара.
Когда пар рассеялся, чудик из жидкого металла исчез, вместо него к стене жался высокий и широкоплечий человек с абсолютно белыми волосами, морщинистый и без бороды - как, впрочем, и без усов, бровей и ресниц. Глаза его были, на мой вкус, слишком близко посажены и отливали красным, как у любого альбиноса, нос с горбинкой и испещренное шрамами лицо. Одет он был в чёрное и коричневое, а на его груди… господи-ты-боже-мой! На его груди висел зелёный кулон, полумесяц со срезанным рогом, подвешенный на толстой золотой цепи. Талисман Борова? Значит ли это, что…
–Отступись от Эйны и Азедди, колдун! - под сводами пещеры вдруг прозвенел голос Клейтаса (откуда я узнала, что это он?).
–Они мои! - прохрипел Кормак-настоящий.
Посреди зала материализовался бело-голубоватый тонкий силуэт с чёрным пером в причёске - аккурат между мной и Кормаком, который уже начал было восстанавливать свой любимый ртутный облик. Потом был страшный удар… я ничего не видела и поняла, что он был, только тогда, когда от "мысленных" стен отразилась волна и срикошетила по нам. Свет опять померк, и последнее, что я увидел - слабое, пульсирующее свечение от безжизненных фигур Ники и Лизы.
А потом пришла боль.
Боль в лёгких при попытке дышать. Боль в глазах при попытке смотреть. Как будто распирало изнутри. Самое удивительное - то, что я помню всё, что имело место быть при "астральном похищении". Наконец глаза привыкли к свету, но окружающая обстановка ну никак не могла порадовать. Вокруг были те же горы, укрытые снежным покрывалом. У моих ног лежало ведро, вода в котором уже успела замёрзнуть. Я лежала на плаще, а под голову мне кто-то заботливо подложил Далилино седло. Рядом сидел Фрекатта в своей обычной шаманской позе. Оддар неподалёку укачивал обмякшую Лизу; Ника, судя по всему, была где-то вне поля зрения. Хвала Всевышнему, я - снова я. Нет ртути и нет тумана…
–Очнулась? - спросил Зейтт.
–Скажи, только честно… сколько я тут валяюсь?
–Не знаю. Несколько часов.
–Вот блин!… Я его видела. Кормака.
–Фрекатта говорил, - он поморщился, - он сразу стал советоваться с Храмом, что ему делать. Жрецы сказали, что пошлют подмогу.
–Клейтас.
–Ты его видела? Слава Силам, он успел вовремя!
–Не то слово. Ещё чуть-чуть, и вместо хороших друзей мы получили бы ещё парочку Тёмных. Они были похожи на свечки. Гаснущие свечки. Страшно… А ты, кстати, не говорил, что твой батяня - альбинос.
–Как?! Он же всегда является в маске…
–Такой ртутный пухляшок? Знаю. Я так разозлилась, что пульнула в него туманом. Пёс знает что… Потом расскажу.
–А… ты - это ты? Может, и тебя захватила Тьма?
–Щас морду набью!
–Нет, не захватила, - Зейтт уверенно ухмыльнулся, - такая же добрая и понимающая.
–Спасибо. Буди Фрекатту. Я должна ему кой-чего сказать. На самом деле важное. Или я сама?
Зейтт махнул рукой. Естественно, он подумал, что я даже встать не смогу. Встать - это он, конечно, прав, а вот сесть очень даже получилось. Я поплотнее укуталась в плащ и приготовилась ждать. Лиза на коленях Оддара и Ника за моей спиной до сих пор не подавали признаков жизни. И вдруг Фрекатта вышел из транса:
–Рассказывай!
–Что?
–Всё, что видела. Что именно говорил Кормак? Что ему было нужно? Как он себя вёл? Всё, что сможешь вспомнить.
–До сего дня я склерозом не страдала.
–Я слушаю.
