На радостях барон закатил большой пир уже на следующий день после своего освобождения, предварительно освободив из темниц замка всех узников, включая гнома Мардана и странных братьев, а также снизив не некоторое (весьма непродолжительное) время налоги для крестьян и охотников. Главных «виновников» своего освобождения – Саира, Байлура и Айну – барон усадил во время торжества на самые почётные места рядом с собой. Похороны павшего в схватке с Танамистом истязателя «Два вопроса» решено было отложить на день, дабы не портить настроение барону.
Поскольку душа барона Череша трансформировалась за время мытарств не в белую, а лишь в серую, нашлось в ней место и для наказания виновных. Самая тяжёлая участь ждала стражу барона, сумевшую попасться на уловки Танамиста, и длительное время пребывать в полном неведении о новом хозяине замка. Грустная доля ждала также его личного лекаря, который, по мнению Череша, не мог бы в здравом уме спутать человека в маске со своим хозяином.
На место изгнанных с позором из замка стражников барон намеревался нанять других персон. Раздумья об этом он хотел отложить до более спокойных дней. Однако, Айна поделилась с бароном довольно неожиданной идеей прямо во время бушевавшего во всю пира.
- Как вы относитесь к велдирам, ваше высочество? - сказала она, доедая второй кусок необычайно вкусной выпечки с черникой. После стрессов последних дней аппетит у неё разгулялся не на шутку. Если к мясу она была равнодушна, кусочек сладкой хорошо приготовленной сдобы вызывал в ней наплыв радостных чувств.
- Велдиры? Временами они бывают полезны. Например, когда нужно забить гвоздь кулаком, потому что поблизости нет молотка. - Отмытый добела в горячей ванне барон всё ещё был слаб и, по настоянию нового лекаря, поглощал лишь диетическое куриное мясо, оставив всё жирное дорогим гостям. А вот молодое красное вино из южных доменов очень радовало его душу.
- Вы не поверите, ваше высочество, но вот из тех удалых молодцов получилась бы отличная охрана, - она показала пальцем на Модеста и его команду, которые расселись за отдельным непокрытым скатертью столом, поодаль от барона. Велдирскую компанию это, однако, нисколько не смущало, ведь еда в желудках с лихвой компенсировала всё остальное.
- Ты шутишь? – удивился барон. - Они продадут меня при первой же возможности.
- Вам сильно помогла охрана из людей, которые не должны были вас продать и предать? – Айна почувствовала, как заронила зерно сомнения в размышления барона. Если барон Череш не поскупится средствами, Модест со своей командой вполне могли задержаться в замке надолго.
***
Сам пир прошёл удивительно спокойно. Байлур ел, но в меру. Настолько в меру, что ему даже не пришлось помогать добираться до комнаты после окончания ужина. Саир ни за кем не приударил, поскольку приударять было категорически не за кем. Большинство служанок годилось ему в матери, а те, что могли сойти по возрасту за старшую сестру были удивительно скромны и пугливы, словно их дрессировали перед выпуском в свет много лет подряд. Даже драка за одним из столов, грозившая было вспыхнуть к концу вечера, рассосалась, словно грустный дождик из унылой послеобеденной летней тучки.
- Да уж. Даже в монастыре было больше напора и страсти, - сказал Саир, вздохнув, в конце вечера.
Но не это волновало Айну больше всего. Байлур объявил прямо перед началом пира, что завтра ранним утром собирался отправитсья в горы за ожерельем в одиночку.
- Байлур, послушай меня, - сказала ему Айна, когда они втроём оказались в относительно тихом коридоре, где можно было говорить, не пытаясь перекричать стоявший вокруг гул. – В Запредельные горы нельзя идти одному.
- Почему это? – насупился Байлур. – Тем более – теперь то я точно знаю, у кого ожерелье. Всё стало ещё проще.
- Всё стало ещё сложнее. Теперь мы точно знаем, на что способно это ожерелье. А у себя в горах Танамист будет намного сильнее, чем здесь. К тому же – он ищет и другие волшебные вещицы. И если сумеет найти и их..
- Не у себя в горах, а у МЕНЯ в горах, эльфийка! Это мы – дети гор, а не этот ушлёпок.
- Не утруждай себя, лисёнок, - встрял в беседу стоявший неподалёку Саир, прислонившийся спиной к каменной стене. – Если Байлур вбил себе что-нибудь в голову, выбить оттуда это можно только кувалдой вместе со остальными мозгами. Пусть идёт себе подобру-поздорову, и будет ему счастье.
- Твоё равнодушие к чужой беде меня нисколько не удивляет, - ответила Айна, качая головой. – Мог бы для разнообразия предложить ему свою помощь. Дня через три ты выполнишь моё задание, а Байлур мог бы тем временем подождать...
- Не буду я никого ждать, эльфийка. Это моё личное дело, и выполнить его я должен сам! Так что оставь свои жалостливые причитания для кого-нибудь другого.
Он развернулся с грозным видом и скрылся за поворотом коридора.
Саир дождался, когда гном исчезнет из вида и стал приглушённо посмеиваться в кулак.
- Я сказала что-то смешное? – Айна просверлила его взглядом.
- Нет, просто мне вино слегка ударило в голову.
- Я могу присоединиться к вину и добавить.
