- Откуда ты узнала про племя? – спросила она Фар, наблюдая как Байлур, всё ещё будучи в трансе, смотрит в одну точку в стене.
Тёмная эльфийка улыбнулась в первый раз после последнего появления перед Айной и Байлуром.
- О чём это ты? Я даже не знаю, что именно ты видела. Каждое видение – сокровенно.
- Опять темнишь. Почему мне так хочется выдрать тебе пару сотен волос?
Фар улыбнулась ещё сильнее.
- Ну я же тёмная эльфийка. Мне положено темнить. Хотя иногда и самой хочется выдрать себя розгами.
- Могу устроить.
- Давай в другой раз. Я надену платье, которое не так жалко.
Байлур наконец издал что-то похожее на бурчание и стал подниматься на ноги.
- Я опять задам один и тот же вопрос – ПОЧЕМУ МЫ ДОЛЖНЫ ТЕБЕ ВЕРИТЬ? – спросила Айна.
Фар повела плечами.
- Не знаю. Наверное, ты должна почувстовать сердцем. Оно у тебя большое.
Двое скучавших стражников, встреченных ими по пути сюда, приблизились из-за стены.
- Эй, вы что тут расселись? Турнир окончен, убирайтесь отсюда.
Айна подошла к ещё находившемуся в трансе Байлуру и повела его за рукав в нужную сторону. Потом подняла с земли нефритовую статуэтку и, улыбаясь, махнула стражникам рукой.
- Мы уже уходим.
***
Саир перестал орать, потому что поток встречного воздуха стал надувать его щёки, а при орании становилось ещё хуже. Вагонетка-гроб бренчала и стучала, но, на удивление, пока что держалась в виде цельной структуры. Темнота, сначала сгустившаяся до предела, стала вдруг не такой чёрной, словно впереди был источник равномерного, но блеклого освещения.
Гроб стал замедляться из-за небольшого подъёма в гору и наконец замер, въехав в небольшую слабо освещённую пещеру овальной формы. Саир присел и посмотрел на деревянную колею под колёсами, обнаружив две небольших рукоятки по обе стороны от колёс. Похоже, именно они блокировали дальнейшее продвижение вагонетки.
Впереди колея раздваивалась, уходя налево и направо в два так же слабо освещённых прохода. Присмотревшись к рукояткам получше, Саир осознал, что перед ним встал нелёгкий выбор дальнейшего направления движения.
- Мать пещерных духов! Никогда не молился тебе. Даже твоего имени не помню, но теперь заклинаю! Пошли знак свой – направо или налево свернуть?
Лишь глухое эхо отразилось от стен да пара капель упала со свода в небольшую лужицу.
- Хорошо. Не хочешь подсказывать – я как-нибудь сам. Думай, Саир, думай!
Сзади раздался шум, переросший вскоре в грохот потоков воды.
- Ладно, времени нет. Решайся, Саир. Налево я не ходил, потому что не был женат. Потому выбираю право.
Рука его замерла в воздухе.
- Стоп. А если сердцем? Сердце ведь слева.
Он дёрнул левую рукоятку, и вагонетка стартанула, спасая Саира от волн воды, нахлынувших сзади.
***
Когда Саир открыл глаза, солнце ослепило его. Тёплый бриз дул с моря...
«С моря?» - подумал Саир и ошалел. Он, шатаясь, поднялся на ноги, протирая глаза. Под ним был белоснежный песок. Такой мягкий и идеальный, без единого камушка, что Саир тут же подумал, что он во сне и ущипнул себя. Рука отдалась болью, и он осмотрелся по сторонам.
Небо было светло-голубое. Такое, как жарким летом в Салме. На другой стороне от скромно плескавшихся о берег морских волн начинался странный лес из доселе невиданных им деревьев. Стволы их были шершавыми и голыми почти до самой верхушки, а листва наверху росла кучно, словно длиннолистная трава из грядки.
Кроме моря, песка и странного леса вокруг ничего не было видно. Хотя нет. Присмотревшись, Саир заметил мелкую неподвижную точку недалеко от берега в паре сотен шагов от него. Саир постоял ещё немного на месте и, пнув песок, отправился в сторону неподвижной точки.
По пути к точке путь его пересекло странное существо, похожее на широкотелого рака. Существо полубоком проследовало к морю и быстро скрылось в пенящихся волнах. Приблизившись к цели, Саир понял, что точка представляла из себя низкое широкое кресло с откинутой назад спинкой. Спинка была обращену в его сторону, поэтому стрелок не мог видеть, сидел ли в нём кто-нибудь или нет.
Поравнявшись уровнем со спинкой кресла, стоявшего всего в паре метров от кромки, до которой доходили волны прибоя, Саир медленно выглянул и состолбенел. В кресле сидел КОТ. Большой мохнатый кот с чёрной спиной, белой грудкой и шикарными распушёнными усами. В руках, вернее в лапах, кот держал стеклянную прозрачную чашку с жидкостью тёмно-красного цвета. На глаза были надвинуты странные чёрные непрозрачные очки. Кот медленно повернул голову в сторону Саира, отхлебнул из чашки, но ничего не сказал.
- О Ф И Г Е Т Ь, - прошептал Саир и сел рядом на песок.
- Нормальная реакция, - ответил кот человеческим голосом и снова отхлебнул из чашки. – Бывает и хуже. Однажды меня сразу пытались задушить. Кто-то начинал щупать, что очень неприятно. Человеческие руки довольно грубы, Саир.
- Ты говоришь! – Саир ущипнул себя, и рука снова отозвалась болью. - И ты знаешь моё имя!
- Да, Саир. Я не только говорю, но ещё ем, пью и делаю многие другие потребные и не очень потребные вещи.
