По выражению лиц девушек Саир догадался, что Дженни была той самой пышнотелой, похожей на молодого тролля девицей.
- Да не в обиду будет сказано, Аджилла, - парировал Саир, - но боюсь, что мы с Дженни немного в разных весовых категориях. И если она положит на меня что-нибудь ещё, кроме своего глаза, я могу нечаянно умереть.
- Ну как знаешь, хитрец, - сказав это, Аджилла загадочно подмигнула своей дочке, от чего та ещё сильнее раскраснелась. – Вечер ещё только начинается. Столько всего может случиться.
В этот момент из двери выскочила довольная Айна, но взгляд её тут же померк при виде Саира, стоявшего неподалёку в окружении хоровода гоготавших во всё горло арданок. Байлур в это время с хмурым видом подкладывал овёс лошадям, что повергло её в ещё больший шок, учитывая степень нелюбви гнома к фыркающим копытным существам.
- Я, кажется, пропустила что-то очень серьёзное, - вздохнула Айна. – Тебя, видимо, надо сразу прятать в будку по прибытии в оживлённые места.
Арданки сразу притихли, разглядывая Айну вблизи.
- Не пугайся, мышонок, - отвесил ей поклон Саир. - Сегодня нам покажут бесплатный концерт да и ещё и накормят. Так что придётся поужинать внизу в общем зале.
- Это я уже поняла по твоей довольной роже. Даже не буду спрашивать, кто оплачивает весь этот банкет, - Айна перевела взгляд на Байлура, но тот старательно отводил от неё глаза.
Аджилла провела рукой по своим волосам и встала в надменную позу.
- Так значит это из-за неё ты... – зашептала она себе под нос. – Посмотрим, посмотрим. В «Пылающем сердце» случается всякое.
Дженни улыбнулась, поправляя корсет своего широкого платья, и достала веер из рукава.
Но Айна уже не слушала арданок, как и Саир, отправившийся помогать ей с переносом вещей в комнату.
- На ужин даю полсклянки, не больше. И не смей исчезать с моих глаз, - прикрикнула Айна на стрелка и тут же добавила вполголоса. – Хорошо хоть арданки страшны как смертный грех. Надеюсь, у тебя хватит ума на них не позариться?
- Поверь, мышонок. Мы лишь как следуем набьём своё подбрюшье, да ещё посмеёмся от души. В этом ведь нет ничего криминального? Зарядимся хорошим настроением перед походом в дикие места.
- Ну, может и нет. Возможно, Тариус был прав, и это не такое уж и плохое место. – Она снова осмотрела основательное здание таверны, а потом перевела взгляд на Байлура, который за последние минуты не проронил ни слова. – Тут точно не произошло ничего необычного, пока я была внутри?
- Нет, нет, нет, - хором заорали Саир с Байлуром и вдвоём стали придерживать входную дверь для Айны.
- Что же, друг ты мой, не весел? Бороду свою повесил. Лучше б ты покуралесил.
Байлур в ответ лишь скорчил кислую мину и отхлебнул медового эля из чарки.
- Давай уже заканчивай со своим рифмоплётством, - буркнул он, таращась на сидевшего рядом Саира. – На душе и без тебя тяжко, когда только что лишился с трудом добытых золотых монет. Даже если проклятие рубашки и снялось, деньги уже не вернуть.
- Так в этом и заключается весь смысл, гном. - Стрелок закинул одну ногу на другую, прислонив спину к завешанной коврами стене алькова, в который их усадил радостный хозяин таверны «Пылающее сердце», получивший от Саира блестящую золотую монету старой чеканки. Альков был лучшим помещением внутри таверны, предназначенным для самых дорогих гостей. – Открою тебе страшную тайну, но деньги для того и существуют, чтобы на них устраивать какие-нибудь безумства. Сами по себе они скучны до безобразия. А вот во время и после безобразий...
- Много ты понимаешь в деньгах, человек! Ты никогда и не видел в глаза настоящих сокровищ. - Байлур взмахнул своей волосатой рукой, и через секунду подбежавшая к ним молоденькая официантка наполнила его чарку до краёв свежим пенистым элем. – Как сейчас помню - у нас в горах большим уважением пользовался ростовщик по имени Малур. Разнообразных умений был гном. Скопил монет целых два чулана, набитых от пола до потолка. А потолки у нас в горах не то, что в ваших кротовьих норах. Здесь даже глаза поднимать наверх стыдно. У нас, если три гнома встанут друг другу на плечи, а верхний сможет рукой достать до потолка жилища хозяина – это позор на века. Будут до конца дней говорить, что в доме головой потолок можно соскрести.
Байлур глотнул ещё эля и отломил кусок мяса с окорока, лежавшего посередине стола на огромном овальном жестяном блюде. После этого он покосился на Саира, который подозрительно притих, как будто приговаривая что-то про себя.
- Ты чего там шепчешь? – спросил гном.
- Пытаюсь сосчитать – три гнома ростом это сколько в людях или в велдирах?
- Давай ещё пошути мне тут. - Байлур громко стукнул чаркой о столешницу, от чего небольшое количество эля пролилось на белую скатерть. – Так вот. Слушай дальше. Когда Малур умер от старости...
- ...в одиночестве... покрытый паутиной...
- Ты сегодня точно нарвёшься на ярость гнома, человек. Не перебивай, пока я не договорил. Когда Малур умер, а его чуланы стали вскрывать, то ещё двух других гномов, пытавшихся сделать опись имущества, завалило монетами насмерть.
