Стрельцы московские полностью

Отдельными категориями рядовых стрельцов являлись знаменщики, музыканты, протазаищики и извозчики. Первые из них во время походов неотлучно находились при приказных и сотенных знаменах. Приказное знамя — большое полотнище, богато украшенное вышитыми рисунками на различные религиозные темы, представляло собой главную святыню каждого стрелецкого приказа и оберегалось с особой тщательностью. Если приказ находился в Москве, то «первое» знамя хранилось в слободском храме. Свое знамя имела и каждая сотня стрельцов любого приказа. Сотенные знамена были разнообразны по расцветке и отдельным деталям. Несший службу в Киеве в 1682 г. приказ московских стрельцов стольника и полковника Сергея Сергеева имел «5 знамен сотенных на древках с гротиками, тафты лазоревые, кресты на них тафты красные, месяцы тафты зеленые и желтые и белые» ^2в. В центре полотнища могли помещаться различные фигуры: львы, грифоны, орлы, короны и т. д. Существовали также пятидесят-ские «братские» знамена — небольшие прямоугольники из цветной ткани с различными геометрическими фигурами. На марше стрелецкие знамена хранились в специальных матерчатых чехлах.

Яркое зрелище представляли собой выступавшие на службу стрелецкие приказы. 12 сентября 1663 г. «в Казань пошол с государевыми ратными людьми боярин и воевода князь Федор Федоров сьш Волконский с товарищи в стругах по Москве реке от Трехсвятцких ворот и за ним Матвеев полкКровкова [солдатский], а от Живого мосту Тимофеев приказ Полтева, а от Круглой башни, что к Яузе Белово города на углу Петров приказ Лопухина, а шли строем з знамены и с трубы, и с литавры, и з барабаны и с пушки»²-. Музыканты — сиповщи-ки, игравшие на духовых инструментах, и барабанщики составляли отдельное подразделение в составе каждого приказа и были приписаны к первой сотне. По сохранившейся поименной росписи приказа Афанасия Левшина от июня 1669 г. сиповщиков в нем насчитывалось 18 человек, барабанщиков — 15³⁰. Как и знаменщики, стрелецкие музыканты были вооружены только саблями. В походе ярко раскрашенные барабаны хранились в специальных суконных чемоданах.

С конца 70-х годов из числа рядовых стрельцов каждого приказа стали выбираться стрельцы — «протазанщики», которым выдавались протачаны (копья с плоскими фигурными наконечниками), имевшие значение почетного оружия. Протазанщики не являлись отдельной боевой единицей и составляли почетную свиту и личную охрану старших командиров. Их численность была невелика. В росписи 1-го Московского приказа головы С.И.Братцева (1679), устроенного в Пскове по образцу московских стрелецких приказов, первыми упомянуты имена шестерых протазанщиков, имевших при себе всего 4 «государевых протазана»³¹.

О стрелецких извозчиках сведений сохранилось еще меньше. Как отдельный контингент они упоминаются впервые в документах 1689 г. Из 73 стрельцов Андреева полка Нармацкого, находившихся в сентябре в Троице-Сергиевом монастыре, 15 упомянуты как «изво-щики»³². Семеро числились в составе группы стрельцов Иванова полка Кобыльского. Выделение тыловых служб в каждом стрелецком полку, скорее всего, было связано с происходившей в то время унификацией организационных структур стрелецких и выборных солдатских полков.

Начало этому нововведению, по-видимому, было положено одним из указов 1682 г., гласившим: «А под нашею великих государей всякою полковою казною быти подводам с проводники во всех службах с приезду до отпуску, каких чинов людем по нашему, великих государей указу быти доведутся»³³. Из более ранних сведений известно, что подводы имелись во всех стрелецких приказах у многих стрельцов. Находясь на Москве, стрельцы, имевшие подводы, часто подряжались возить на них различные грузы для большого дворцового хозяйства. Во время походов «всякое полковое строение и припасы» перевозились на казенных подводах «город от города». В подорожных грамотах, выдававшихся стрелецким головам, городовым воеводам указывалось давать необходимое число подвод «с телеги и с хомуты и с проводники, без прогонов, везде, неиздержав ни часу» ³\