– Но в ваших руках он будет куда полезнее. Или отдайте его князю Гэндзи.
– Может случиться так, что князь окажется не в состоянии вас защитить.
– Но если он не сможет спасти меня, то что же делать мне? Я никогда в жизни не стреляла из револьвера.
– Нужно взять его вот так, – показал Старк, – вот так взвести курок и вот так нажать. Это несложно.
– Но ведь нужно еще прицелиться!
– Прижмите его прямо к цели. – Старк поднес револьвер к собственному виску. – Вам не придется целиться.
Эмилия поняла, что он хотел сказать. Мэтью пытался подготовить ее к самому худшему. Он хотел предоставить ей возможность избежать судьбы, которая хуже смерти. Он не знал, что Эмилии уже пришлось это пережить. И ведь она – христианка. Не такая хорошая, как ее покойный жених, но все-таки христианка. Она не может собственными руками лишить себя жизни.
– Спасибо, что беспокоитесь обо мне, Мэтью. А как же госпожа Хэйко? Разве мы не должны думать сперва о других людях, особенно о тех, кому мы обязались нести слово Господне, а потом уже о себе? Как же вы сможете защитить ее, если отдадите мне свой револьвер?
Старк спешился и развязал седельную сумку. Он извлек из сумки свернутый свитер и, развернув его, вынул револьвер сорок четвертого калибра – тот самый, который выкопал тогда из-под руин дворца. Затем на свет Божий появилась кобура. Старк надел ее, затянул кожаные ремешки на бедре и вложил больший револьвер в кобуру. Потом он несколько раз медленно достал его и положил обратно, проверяя, как металл скользит по коже кобуры.
Меньший же револьвер Старк снова предложил Эмилии, и на этот раз девушка его приняла – не потому, что решилась им воспользоваться, а просто затем, чтоб Старку было спокойнее. Им обоим предстоял долгий путь. Если Мэтью в своем опасном путешествии будет беспокоиться еще и о ней, это не пойдет ему на пользу.
Увидев револьвер, Хидё сказал:
– Если у него два револьвера, нам следовало бы попросить его отдать второй князю Гэндзи.
– Никого, даже чужеземца, нельзя просить отдать свое оружие другому, – сказал Сигеру. – Если он захочет, то отдаст сам. Если же нет, не нам о том говорить.
Он поклонился Гэндзи, не сходя с седла:
– Да хранят тебя наши предки! Пусть сберегут они тебя и благополучно приведут домой!
Сигеру повернулся и пришпорил коня. Всего лишь несколько секунд – и он уже скрылся из глаз.
– Я обещал показать вам мой замок, госпожа Хэйко, и вскоре исполню свое обещание.
– Я буду с нетерпением ожидать этого, мой господин. Счастливого вам пути.
И Хэйко со Старком двинулись по тропе, уходящей на север.
– Никто не пройдет мимо меня, пока я жив, – сказал Хидё.
– Довольно будет, если ты просто задержишь их, не жертвуя своей жизнью. У меня не так уж много людей, которым я могу доверять безоговорочно. И ты – один из них. Постарайся присоединиться ко мне в «Воробьиной туче».
– Господин… – только и смог выговорить Хидё, тронутый до глубины души.
Гэндзи поскорее повез Эмилию прочь, чтоб не видеть слез, выступивших на глазах его чувствительного старшего телохранителя.
Буря бушевала куда дольше, чем рассчитывал Сэйки. Прошло уже пять дней, а их все еще носило по морю.
– Мы увидим землю часа через два, – сказал Сэйки.
– Вы это уже говорили два часа назад, – возразил Таро. Они с Симодой окончательно вымотались и стерли руки в кровь, ведь им приходилось непрестанно грести, дабы удержать лодку носом к волне.
Сэйки присмотрелся. Впереди бурлило что-то непонятное. Так далеко от берега водовороты встречались редко. Может, здесь риф, не нанесенный на карту.
– Возможно, там опасность, – заметил он. – Приготовьтесь. Нам придется резко свернуть в сторону.
Вода под лодкой начала двигаться вперед. И в тот самый миг, когда Сэйки уразумел, что происходит, в двадцати шагах от них показалась огромная туша.
– Морские чудовища! – вскрикнул Таро.
– Киты, – сказал Сэйки.
Еще двое китов всплыли неподалеку от лодки. Мать с детенышем. Сэйки никогда прежде не видел китов у Акаоки посреди зимы. Быть может, эта стая задержалась на севере из-за необычно теплой погоды. Сэйки приветственно поклонился китам. Когда-то он охотился на них. Теперь же ему остается лишь смотреть, как они проплывают мимо.
Внезапно вода под ними вскипела; лодка развалилась, и трое мужчин полетели в море. Мощный водоворот, поднятый проплывающим китом, затянул Сэйки глубоко под воду. Ему все-таки удалось прорваться к поверхности – в тот самый миг, когда горящие легкие уже вынудили его раскрыть рот. У воды был какой-то странный привкус. Сэйки осмотрел себя, проверяя, нет ли раны. Раны не было, но была кровь – целое море крови. Столько не нашлось бы во всем его теле. Она продолжала бить ключом откуда-то снизу. Темно-алый поток омыл Сэйки теплом, и в этот миг не более чем в десяти шагах от него вынырнул кит с гарпуном в спине. Его огромный мрачный глаз уставился на Сэйки.
