Во время завтрака начали подниматься караваны, ночевавшие перед Буйной. Сухогрузные баржи были до отказа забиты продовольствием и товарами для прибрежных селений. Несомненно, это были последние караваны, направляющиеся до ближних пристаней. Там они быстро разгрузятся и, не задерживаясь, возвратятся к устью.
Родыгин и Волохов завтракали в своей каюте. И хотя главный инженер с нетерпением ожидал свой самосброс, он ни разу не вышел из каюты, чтобы взглянуть на реку. О прибытии снаряда ему доложил Володя Полетаев, один оставшийся на брандвахте: все взрывники во главе с Морошкой уже отправились в запретную зону.
О том, что Родыгин собрался сделать снаряд для уборки камней, Арсений никому не говорил в своем прорабстве. Володю очень заинтересовала небольшая, мелкосидящая самоходка, переоборудованная для какой-то специальной цели. У нее была снята вся палуба, от носа до крохотной рубки на корме, и вместо нее устроена площадка из двух отдельных щитов, выступающих далеко за борта и, судя по всему, опрокидывающихся в воду. Володе не терпелось узнать, для какой надобности так переоборудована самоходка, но он, желая казаться взрослым мужчиной, всячески старался скрыть свое любопытство.
— Смотришь? — спросил его Родыгин, и стало ясно, что к своему творению он относится весьма ревниво. — Догадываешься?
— Не! — с озорным простодушием признался Володя. — Сети с нее забрасывать хорошо.
— Сообразил!
— А то сено сплавлять.
У Родыгина нехорошо подернулись губы. Между тем ему не терпелось поведать о своем снаряде, и минуту спустя, смягчившись, он милостиво сообщил:
— Самосброс это…
— А для чего? — спросил Володя.
— Заряды сбрасывать, для чего же еще?
— На отдельные камни?
— На камни и шишки.
— Ты гляди-ка! — воскликнул Володя и ради озорства решил слегка потрафить самолюбию главного инженера. — А любите вы изобретать!
— И умею, — добавил Родыгин, считая, что перед таким мальчишкой, как Володя, ему стесняться нечего.
— Опыт!..
— Ну как, нужен такой снаряд?
— Еще бы!
— Отличный снаряд! — заговорил Родыгин, заметно добрея от слов Володи. — Подходи бортом к камню, дергай вот за этот рычаг — и заряд на месте. Не нужно класть якорь, не нужна большая бригада. Все могут сделать двое: взрывник и рабочий. Заряд взрывается огневым способом. Огромная экономия сил, средств…
— Опять прославитесь, — сказал Володя.
Родыгин почему-то отвернулся и ответил:
— Мы не ради славы.
— Она как банные листья…
Василий Матвеевич сделал вид, что даже и не расслышал его последних слов — так заинтересовало его что-то на реке…
— Где же прораб?
— А он уже в зоне. Заряд готовит.
— Пойдем туда.
С одного взгляда Арсений понял, что родыгинский снаряд не имеет ничего общего с тем, какой нужен для зачистки прорези. «Новое чудо техники! — с презрением подумал Морошка. — А ведь заставит мучиться, как с волокушей. Еще бы!» Осматривал он самосброс, бродя по нему вслед за Родыгиным, с предчувствием надвигающейся беды.
— Снаряд, прежде всего, очень экономичен, — не стесняясь, похвалялся Родыгин, делая широкие жесты, призывающие отнестись к его детищу со вниманием. — Это имеет большое значение. Сейчас, чтобы взорвать небольшой камень, мы затрачиваем много и денег, и взрывчатых веществ. Вы не подсчитывали, во сколько обойдется уничтожить те камни, какие еще остались в прорези? А вот подсчитайте-ка… И потом, снаряд очень удобен во всех отношениях… — Он повторил все, что говорил уже Володе, но с большим вдохновением, а затем, словно прожевав что-то жесткое, добавил: — Правда, чтобы положить заряд на быстром течении, потребуется, конечно, особая сноровка и смекалка. Заряд надо класть, вероятно, с некоторым упреждением…
Выслушав похвальбу Родыгина с опущенной от стыда головой, Морошка сказал невесело:
— Поглядим, что будет…
— Опять вы морщитесь? — с обидой отметил Родыгин. — Помню, и волокушу привел — вы морщились, как от кислятины.
— И не зря, — ответил Морошка очень спокойно, не изменяя своей прямоте, но и стараясь избежать новой ссоры. — С нею только время зря тратили. Она больше выворачивает со дна, чем сгребает.
Но Родыгин не принял тона, предложенного Морошкой, и голос его задрожал от гнева:
— Она не понравилась вам еще до пробы! С первого взгляда!
— Это правда, — миролюбиво признался Морошка.
— И самосброс — с первого?
— Ну-у…
— Но вы еще не видели его в работе!
— Его и так видно.
— Все, что я ни сделаю, все плохо, да? — Взгляд Родыгина был дерзок и гневен. — Может быть, вы недовольны тем, что самосброс изобрел я, а не вы? Оттого и морщитесь?
И хотелось, очень хотелось Морошке поглядеть в глаза Родыгина, чтобы надолго запомнить их выражение и блеск в эти секунды, да так стало неловко — легче провалиться сквозь землю. Потупясь, он ответил:
— Что ж, увидим в деле…
— А вот сейчас же и увидите, — сказал Родыгин решительно, до крайности разобиженный недоверчивостью Морошки. — Давайте два мешка с порохом. На левый борт.
— Сегодня надо бы закончить взрывные работы, — сказал Морошка удрученно. — А потом бы и попробовать…
