– Корабль затонул у Смертельного рифа двести лет назад. Сейчас же организуем экспедицию. – Фабиан Кульм посмотрел на меня и улыбнулся. – Мы погрузим тебя на морское дно.
<p>Глава 10. Дары моря</p>Мстители из Кха образовали братство Ашагал и поставили себе цель найти оружие, эффективное против Тири-Эж. Они углубились в познание тайн эфира (на этот раз самостоятельно, ибо любой Тири теперь остерегался распространять роковые знания). Вместе с этим Кха изучили события Первой эпохи, дабы узнать о слабых местах Тири-Эж и их бывших промахах в войне против Врага. В итоге они открыли для себя существование мира духов.
Духи состоят из более высоких форм эфира, нежели материя, и оттого чрезвычайно могучи в физическом мире. Эти непознанные наукой создания имеют свою иерархию, разумны и наделены свободой воли, а сила и способности их различны: иные не опаснее шелудивого пса, но наиболее великие духи, например, саганы, могут повелевать стихиями.
Оккультисты уверяют, что после сотворения мира Создателем, саганы участвовали в формировании земных ландшафтов. Путники не разделяют такой взгляд, считая его отголоском анимизма одичавших людей, – вулканам и ледникам не обязательно обладать сознанием, чтобы исполнять планы Создателя.
Кха решили обуздать мощь духов, увидев в этом решение всех своих проблем. Лучших слуг, строителей и воинов было не сыскать на всем свете. Так родилось новое темное искусство, называемое гоэтией. Кха нашли способ призывать духов и смирять их эфирными оковами. Проявляя свойственную Кха исключительную силу воли, заклинатель подчинял пойманного духа и заставлял выполнять приказы.
Отточив умение на младших духах, заклинатели перешли на более сложные практики. Каждый новый пойманный дух был сильнее, и братство Ашагал перестало таиться перед своим народом. Кха, воодушевленные невиданными успехами заклинателей, поспешили вступить в братство и тоже обрести эфирных рабов.
Теодор Бремер, "Лик истории": Вторая эпоха, или Эпоха Кха
Мы с Фабианом Кульмом и его молодым сыном бороздили морские волны на паровом катере. Фабиан хвастался, что получил судно от институтской гидрообсерватории для плаваний к водомерным постам, принадлежащим его гидрологической и погодной станции. Большая часть работы ученого сводилась к методичному сбору данных, обобщению и передаче их в обсерваторию.
Но теперь ученый отправился в личную экспедицию. В черном матросском бушлате он стоял на носу катера, небрежно придерживаясь за канат, и счастливо щурился на горизонт, подставив лицо соленым брызгам, стекающим по толстым линзам очков. Кельвин, оголенный по пояс и раскрасневшийся от жара, подкидывал в топку катера уголь. Встречный ветер трепал завязки его банданы. На тросе за катером мы буксировали платформу, собранную из десятка пустых бочек, с привязанным в центре сундуком для лута.
