— Нет!? — Я вытащил все — все ленточки из платяного шкафа и усадил девочку на кресло–качалку. Мне не хотелось думать о скорой печали, которую принесет последняя ленточка и поэтому я продолжал говорить.
— У тебя есть любимые карусели?
— Да! Я люблю карусели, мама с папой водят меня на лофадках кататься. Сначала было страфно, они такие больфые были, но мама сказала, что они не обидят, а просто покатают.
— Твоя мама правду говорит.
— А еще мама сказала, что скоро придут ангелы с крыльями и уведут меня кататься на настоящих лофадках.
— Понятно. А какой твой любимый цвет?
— Мне нравится розовый, у всех принцесс это любимый цвет.
— Наверное, ты права, моя сестра тоже любила розовый цвет.
— А как зовут твою сестру?
— Мегги.
— Скажи Мегги, что она тоже нафтоящая принцесса.
— Обязательно скажу.
— Дядя, а как тебя зовут?
— Алан.
— Красивое имя, а меня зовут принцесса Света. Дядя Алан, а ты Ангел? Мама сказала, что я сразу узнаю Ангелов!
— Моя сестра Ангел, а я нет.
— А почему?
— Потому что в Ангелы берут только хороших.
— Но ты, же хорофий, ты нравифся Мистеру Пуфистику! Ты делаефь мне красивую прическу с ленточками.
— И мне он очень нравится, но я не Ангел, Света.
— Не Ангел? А почему прифел ко мне?
— Я пришел, чтобы отвезти тебя к Ангелам, принцесса.
— Мы пойдем к Ангелам? А можно взять Мистера Пуфистика?
— Можно, только обними его покрепче и смотри на восход, они придут оттуда.
— А когда они придут? А моя мама с папой тоже придут?
— Принцесса они придут, но позже.
— Мистер Пуфистик, смотри, Ангелы идут! — Тут мои глаза опустились. Восход принес первые яркие лучи солнца, из последней ленточки я сделал розовую бабочку и подвязал к низу пшеничной кудряшки, а потом принцесса Света умолкла и на ее лице осталась легкая улыбка предвкушающего счастья.
Больше всего я ненавидел себя за то, что Смерть радовалась новым душам. Каждый раз ее сущность ликовала во мне, а сейчас я ощущал ее победу еще больше.
Эти воспоминания кружили в голове, как голодные птицы они впивались в сознание, повторяя все заново и заново. Но было что–то еще, не в мыслях, а где–то внутри меня. И Это что–то успокаивало и радовало меня.
— Алан, нам еще долго ехать? — Эди? Ах, да. Мой дом.
— Все уже приехали. — я быстро отстегнул ремень, заглушил мотор и вышел вслед за девушками. Я совсем забыл о том, что я был не один. Эди, Лия и Энджи. Три подруги, которые согласились помочь мне с дизайном дома.
— Красивый дом! — Слабое место, что же. Лия Лия Лия. Пьющий отец. Хорошее начало? Чем ты занимаешься, Алан? Исследуешь, девушку как врач, который ищет причину болезни. Да, вот только я лечить никого не собираюсь, скорее буду усугублять то что есть.
— Здесь пока еще только стены.
— Я мигом тут все исправлю. — Эди?! Богатые родители, которые готовы откупиться от собственной дочери, лишь бы их дитя им не мешала.
— Не сомневайся, Алан! Эди шедевр сделает из твоего дома! — Энджи! Тоска?
— Я не сомневаюсь. Спасибо вам еще раз!
— Да ладно уж, поехали скорее, магазины нас ждут.
— Эди, а куда поедем?
— Повезу вас в супер гипер клевый магазин, когда отец подарил мне домик, то сказал, если нужна будет новая мебель обращаться именно в этот магазин, куда мы собственно и направляемся!
Мы доехали быстро, магазин оказался действительно очень большим, этажа 4 точно. Я припарковался, где–то в середине, а потом мы вошли в огромные стеклянные двери магазина.
— Да он просто громадный!
— Именно, Энджи!
— Мечта иметь такую гардеробную! Хватило бы на каждую минуту моей жизни.
— Ага, это какой же дом нужен с таким количеством гардероба Лии?
— Так, пошли быстрее, а то не управимся до полуночи! — поторопила нас Эди.
Мы обошли все этажи по нескольку раз, спасибо тут лифты были. Отделов на каждом этаже было очень огромное количество, потому как к концу вечера мне начало казаться, что я нахожусь внутри коробки, в которой сотни тысяч других коробок, а выхода нет. Стеклянные витрины, стеклянные двери, улыбающиеся продавцы, толпа других покупателей и все с начала, наверно так и с ума сойти не долго.
— Что устал уже?
— А?
— Устал, спрашиваю? Эди с Лией пошли заказывать кухонный стол, а потом мы уходим.
— Чувствую себя раздавленным.
— У меня было такое же чувство, когда Эди, привезла меня в один из таких магазинов. Хотелось стену прогрызть, но поскорее выйти. А теперь я почти привыкла, хотя уже сама очень хочу домой.
— Я не понимаю вас, женщины!
— И не поймешь! — она улыбалась все с той же тоской, но сейчас я и выбирать не мог. Не мог ничего больше сделать, кроме как сидеть на скамеечке перед отделом с большим выбором столов и глазеть на нее. Кажется, я даже уже и слушать перестал, а потом вдруг увидел Стефани. Она вышла из лифта и направилась в нашу сторону.
— Что такое? — эта бестия свалилась на мою голову совсем не кстати. Как же ее представить, черт подери. А может пройдет мимо? Нет, явно идет к нам.
