«Тут тебе, Витя, ребята со стройки деньги собрали. Они сказали, чтобы ты продолжал учиться в школе. Будем вносить за тебя хозяевам, где ты живешь» (это бригадир Миша).
«Какой тут бригадир Мишка? Ты, что ли? Вчера жена сдуру приняла деньги. Вот они — возьми. И больше к нам не ходи. Пошли, Виктор, в школу» (это Андрей Васильевич — хозяин квартиры)..
«Попробуй, Витя, в институт. Ну что тебе стоит?! Знаю, долг у тебя хозяевам. Так будешь у нас по-прежнему в бригаде работать, на второй смене… Нужно это, понимаешь, одинокий ты. Тебе на ногах твердо нужно стоять… И потом, способный ты парень» (снова Миша).
«Это наш секрет с Виктором Константиновичем, почему вчера защитил диплом, а сегодня на работу. Я тоже когда-то пришел в трест в спецовке, тоже спешил» (Николай Николаевич, управляющий трестом).
Я открыл глаза, но меня опередил Анатолий.
— Это вы все говорите, чтобы взять… все взять! — резко произнес он, глядя на мужа Жанны. — А что вы собираетесь дать? Ваши сомнительные моральные ценности, ведь тренер — это тот же педагог. Учитель!.. Какой из вас учитель?!
— Позвольте… — муж Жанны встал.
— Что «позвольте»? — перебил его Анатолий. — Бедненький, машины не имеете… Так ее же надо сделать, эту машину. И если так каждый будет рассуждать, как вы, откуда она возьмется?!
— Черт с ней, с этой машиной, никому она не нужна. Давайте, Анатолий Александрович, а то уже рука устала. — Гнат через стол протянул рюмку.
— Подожди, Гнат!.. И еще хочу вам сказать, — Анатолий пристально посмотрел на мужа Жанны. — Много вы как-то пространства занимаете, будто на трех стульях сидите…
Муж Жанны улыбнулся:
— Ну и наслушался я от вас дерзостей. Видно, коньяк вам впрок не идет… Я, собственно говоря, не вас спросил, а виновника торжества. Жду ответа, Виктор.
— Анатолий был неправ, когда говорил вам дерзости…
— Вот видите. Так его! — закричал муж Жанны.
— Я не кончил, предлагаю тост за Анатолия, трудного, ершистого, нашу совесть.
Так закончился вечер моего рождения.
В обеденный перерыв зашел монтажник Морев.
— Виктор Константинович, мы приглашаем вас сегодня на Совет бригады, — он снял каску и положил ее себе на колени.
— Что это такое, Совет бригады? — спросил я. — Как нужно быть одетым?
Морев улыбнулся:
— Форма одежды — обычная, летняя. А Совет бригады — это десять рабочих, которых мы выбираем, на полгода из состава бригады.
— Что он делает, этот Совет, и кто его придумал, наверное, Роликов, правда? И наверное, заседает он в рабочее время? Роликов это любит. Не знаю, для чего вы его держите…
Какой-то шнурок каски не удовлетворил Морева, он чуть подтянул его.
— Виктор Константинович, наш бригадир Роликов, верно, не работает, — мягко сказал он. — Точнее говоря, почти не работает.
— Но ведь это не положено?!
Морев пристально посмотрел на меня.
— Верно, не положено. Что это такое — «положено» или «не положено»? Правило, установленный порядок?.. Но ведь даже законы меняются, когда это нужно. — Морев наконец опустил каску. — Мы бывали на ваших стройках, Виктор Константинович, смотрели предложения бригад. Интересно все было. Но во всем вашем походе за экономию труда, как его называли, был один большой недостаток. Знаете какой?
— Там было много недостатков, но бригадиры себе не позволяли разгуливать в рабочее время.
Морев слегка улыбнулся. Поднял каску и положил ее на столик. Рука у него оказалась неожиданно маленькой.
— Недостаток невидный, Виктор Константинович. Но мы его заметили… Все предложения давались потому, что об этом просили вы, люди к вам хорошо относились.
— Не только.
— Да, верно, не только. Еще потому, что людям было интересно, так сказать, рабочее творчество.
— Предположим. Что же тут плохого?
— Плохого нет, но неосновательно все это.
Морев потихоньку, весьма деликатно подводил разговор к главному выводу. К чему, я еще не знал, но разговор был интересный.
— Извините, Морев, я перебью вас. Скажите, вы учитесь?
— Да. — Он уклонился от подробного ответа. — Так вот, вы из того треста ушли, творчество понемногу остыло. Что же получается?
Морев подождал моего ответа, но я молчал.
— Получается обычная работа: «Давай-давай!» Тут и субботы и воскресенья в дело пошли. Верно?
— Не знаю, давно на стройках моего бывшего треста не был.
— А я знаю, — Морев поднялся. — Сейчас на ваши стройки уже не возят. Верно, диспетчеризация, Управление, подготовки, все, что решено в административном порядке, — все работает. Тут едут, смотрят. А вот бригадам показать нечего. — Морев посмотрел на часы. — Прошу извинить, я коротко, мне еще пообедать надо.
— Вы по примеру бригадира можете и в рабочее…
Морев улыбнулся: