Как это Вам, товарищ директор, нравится?! Ну, тут я заспорила. Так мы сидим за столом. С одной стороны — я и Ваш архитектор (зачем Вы его со мной послали, не знаю — все молчит. Мне абсолютно не помогает), напротив — товарищ Быков, товарищ Ким (начальник участка на стройке; его задача, кажется, все время улыбаться), представитель главка товарищ Померанцев и товарищ Виктор Нефедов. Говорим по очереди — я и Быков. Остальные молчат. Товарищ Нефедов почему-то все время смотрит в окно (я тоже посмотрела: думаю, что там интересного? Но ничего, кроме неба, не увидела).
Товарищ Померанцев ушел.
Тогда я спросила товарища Нефедова, почему он молчит, разве его не интересует наш спор?
«Как вы сказали?» — ответил он мне с трудом, отведя глаза от неба.
Я повторила свой вопрос. Тогда он, любезно улыбаясь, сказал, что его очень интересует спор, поэтому он и молчит, не вмешивается. Он спросил меня, не беспокоит ли меня техника безопасности. На это я сразу ответила, что если строители будут бояться, то им вообще нечего делать На стройке. Второй вопрос он задал об управлении строительством, тут я должна была согласиться, что управлять строительством при наличии иностранных фирм будет сложно.
На этом, товарищ директор, мы закончили встречу.
С приветом
P.S. Не знаете ли Вы, товарищ директор, что означает русское слово «весьма»? Товарищ Померанцев, и здороваясь со мной и прощаясь, даже когда поднимал рюмку, говорил «весьма».
О подъеме перекрытий — я ни слова, ни слова.
Глубокоуважаемый товарищ директор!
Я получила телекс, где Вы просите писать коротко, без излишних подробностей. Выполняю Ваше указание как всегда «неукоснительно».
Наша вторая встреча в Москве состоялась 2 августа.
Присутствовали: с болгарской стороны — я, Ваш архитектор (который на совещаниях не произнес ни слова. Помощничек!), наш бригадир, с советской стороны — товарищи Померанцев, Нефедов, Быков, Ким. От секретариата СЭВ — товарищ Кареев.
Совещание началось в 13 часов 05 минут.
Вас устраивает такой стиль письма или нужно еще короче? Тогда не читайте, пожалуйста, слова в скобках о Вашем архитекторе. Между прочим, он, кажется, подружился с товарищем Нефедовым. Были вчера вместе на футболе. О чем они могли говорить, когда оба молчат, не знаю… (Эти слова можете тоже не читать.)
Открыл совещание товарищ Кареев.
Повестка дня: участие болгарской стороны в строительстве здания. Хотела Вам напомнить, что это первое международное совещание, на котором я присутствую. Все чинно, мужчины при галстуках. (Я хотела написать, в чем я была одета, но рискую снова получить замечание.) На столе бутылки нарзана, которые так никто и не открыл, и пачки сигарет, которые никто не распечатал.
Первым выступил Быков, видно, он получил нагоняй, потому что сразу заявил, что согласен на шефмонтаж, то есть наши поставки и техническое наблюдение.
Кареев спросил Виктора Нефедова. Тот в знак согласия кивнул головой (разжать губы ему было, видно, очень трудно!).
Тогда товарищ Кареев предоставил слово мне. Передо мной была большая возможность, товарищ директор. Шутка ли, выступить на международном совещании! Но я решила по-другому, может быть, позже я пожалею, но я только кивнула головой.
Все товарищи, помня мои вчерашние горячие споры, удивились, а товарищ Виктор Нефедов впервые (за два дня, товарищ директор! Вот в какой обстановке я работаю) посмотрел на меня и усмехнулся. Товарищ Кареев спросил меня, что означает мой кивок. Мне хотелось ему заметить, товарищ директор, что, когда наклонил голову Виктор Нефедов, он у него не переспросил, но я опять сдержалась.
«Означает согласие», — коротко ответила я.
Товарищ Померанцев сказал свое «весьма», и на том совещание закончилось.
Ваш архитектор, конечно, сразу подошел к товарищу Виктору Нефедову, я вышла на площадку, но они догнали меня.
«Буду очень рад, — сказал Виктор Нефедов, — если вы оба побываете сегодня вечером у меня дома, в гостях». Сказав такую длинную фразу, он умолк. Очевидно, хотел отдышаться.
Я немного подождала, уже открыла рот, чтобы отказаться, но потом решила, что побывать дома у генподрядчика — моя служебная обязанность, и дала согласие. На этом письмо, товарищ директор, я заканчиваю. Завтра утром вылетаю в Софию. О встрече у товарища Нефедова доложу лично.
С приветом
Р.S. Интересно, товарищ директор, это не для «протокола» — во фраке он нас встречать будет?
Телеграмма
ПО ПРОСЬБЕ ГЕНЕРАЛЬНОГО ПОДРЯДЧИКА ДЛЯ УТОЧНЕНИЯ ОБЪЕМА НАШИХ РАБОТ ЗАДЕРЖИВАЮСЬ МОСКВЕ ДВА ДНЯ МИЛОВА.
Мария!
Очень спешу — поэтому коротко. Был у Вас в 20.00, к сожалению не застал. Где это Вы гуляете по вечерам? (Обязательно расскажу Аркадию.)