Уинстон, который хорошо знал расположение комнат, повел Вулфа по черной лестнице на второй этаж, где находились спальни.
Увидев стоявшего в тени часового, Вулф кивнул ему. По всему дому были расставлены посты из учеников Старого Китайца. Они обеспечивали Вулфу и Уинстону прикрытие.
Уинстон указал на дверь детской, и сердце Вулфа учащенно забилось. Звучавшая в доме музыка навевала на него глубокую грусть.
Уинстон открыл дверь и скользнул внутрь. Вулф последовал за ним. Переступив порог, он замер, увидев у детской кроватки Майре Макинтош. Вулф не ожидал встретить ее здесь.
Майре подняла свечу, и Вулф двинулся вперед. С замиранием сердца он склонился над кроваткой, в которой лежала малышка. Это был ангел с огромными синими глазами.
Девочка смотрела прямо на него, не мигая. Ее круглое личико обрамляли темные кудри. Внезапно она улыбнулась и начала агукать.
– Это твой отец, – сказала Майре, показав на Вулфа.
Он протянул руку и вытер слюни с подбородка малышки. От прикосновения к нежной коже младенца Вулфа охватило волнение.
– Какая она красивая, – прошептал он.
Уинстон похлопал Вулфа по плечу, торопя его.
– Возьмите меня с собой, – тихо промолвила Майре.
В ее взгляде сквозило отчаянье. Вулф посмотрел на Уинстона, в глазах которого застыла немая мольба, и кивнул Майре.
– У вас есть пять минут на сборы.
– Я уже собралась, – быстро сказала Майре. – И упаковала вещи Аланы и Гленды. – Она торопливо закутала малышку в шерстяное одеяло. – Возьмите дочь, – сказала Майре Вулфу, – а я помогу Уинстону нести ее вещи.
Вулф взял младенца на руки, и у него сразу стало тепло на душе. Он больше не чувствовал себя одиноким волком. Его жизнь приобрела смысл.
Переступив порог гостиной, Вулф с дочкой на руках остановился за спиной Аланы, которая сидела за роялем и играла для родителей. Мистер и миссис Малоун находились слева от двери и не видели вошедших. Вулф хотел броситься к Алане, но изо всех сил сдерживал себя.
Алана как будто почувствовала его присутствие. Она вдруг запнулась и взяла фальшивую ноту. Не понимая, что происходит, Алана закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на музыке. Перед ее мысленным взором возник образ маленькой Гленды, и Алана успокоилась. Она плыла по волнам музыки, вспоминая счастливые минуты своей жизни. И в ее памяти ожил образ Вулфа. Она много думала о нем в последнее время, чтобы не сойти с ума.
Казалось, воздух вокруг нее сгустился. Алана явственно ощутила, что кроме нее и родителей в гостиной есть еще кто-то. Она перестала играть, открыла глаза и увидела учеников Старого Китайца, одетых с головы до ног во все черное. Зачем они явились сюда? Почему бесшумно вошли в гостиную?
И тут Алана обо всем догадалась. Ахнув, она обернулась и увидела Вулфа. Он подошел к ней. Ученики Старого Китайца тут же встали вокруг него полукругом. Глаза миссис Малоун расширились от страха и изумления. Мистер Малоун хотел было возмутиться, но один из учеников приставил к его горлу острый клинок, и тот затих.
Стоя перед Аланой, Вулф хранил молчание. Он был одет в шотландский национальный костюм. Килт и переброшенный через плечо плед имели особый клетчатый узор, выполненный в цветах клана Макгилливрей. Золотистые распущенные волосы поблескивали в свете канделябров. На поясе висел спорран – меховой кошель, отделанный белым горностаем. В руках он держал сверток с младенцем. Из него вдруг показалась детская ручка, и маленькие пальчики ухватились за золотую серьгу, висевшую в ухе Вулфа.
В синих глазах возлюбленного было написано все, что он хотел сказать Алане. Она ухватилась за край рояля, чтобы не упасть.
Уинстон распахнул дверь, и в гостиную вошли шестеро шотландцев в национальной одежде. Клетка на их килтах свидетельствовала о том, что они тоже принадлежат к клану Макгилливрей. Сородичи Вулфа остановились за его спиной, а он передал Алане ребенка и опустился перед ней на колено.
У Аланы закружилась голова.
– Последнее время мне снился один и тот же страшный сон, – тихо сказал Вулф. – Кто-то под моим окном играл на волынке похоронный мотив. И я слышал, как скрипели колеса катафалка, на котором лежала ты. Ты кричала, но я не мог тебя найти. Я начал пить и не просыхал много месяцев, но кошмар повторялся. В своих снах я все время искал тебя, пока не понял, что потерялась не ты, а я. Я скитался по свету в поисках своего места в жизни, и однажды нашел его. Мне приснилось, что я мертв и читаю надпись на собственном надгробии. Я проснулся с твоим именем на устах.
Сердце Аланы сжалось от боли. По ее щекам текли слезы. Вулф смахнул их кончиками пальцев.
– Я люблю тебя, Алана. Ты нужна мне. Я пришел, чтобы вымолить у тебя прощение. – Вулф взглянул на ребенка. – Мне нужна наша дочь. Я хочу видеть ее первые шаги, хочу любоваться снежинками, которые тают у нее на ресницах. Хочу гулять с ней, показывать ей звезды. Я хочу сделать вас обеих счастливыми.
Он приоткрыл личико малышки и залюбовался им.
– До чего же она красивая! Наша Гленда похожа на тебя!
– Да, но у нее твой рот, а значит, Гленда похожа и на твою мать, – дрожащим голосом промолвила Алана.
