Рокко Де Марко пробился на олимп бизнеса только благодаря своему упорному труду, и он не позволит себя обкрадывать! Но как быть, если это все же случилось? Ответ прост – взять в заложницы сестру вора.
The Legend of De Marco
© 2012 by Abby Green
«Строптивая пленница»
© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015
© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015
Рокко де Марко чувствовал полное удовлетворение – он стоял в прекраснейшем из залов всемирно известного музея, спроектированного выдающимся французским дизайнером в стиле ар-деко двадцатых годов. Здесь же находились высокопоставленные политики, знаменитые телеведущие, миллиардеры, благотворители, финансисты, управляющие ситуацией на мировом фондовом рынке легким движением пальцев. Сам Рокко принадлежал к последней категории. В возрасте сорока двух лет он добился того, что его окружали благоговейные слухи о чудесах, позволивших ему достичь олимпа бизнеса за столь короткое время.
Окинув взглядом зал, Рокко встретился глазами с высокой элегантной аристократичной блондинкой в черном. Ее блестящие волосы были убраны назад, она казалась столь же холодной, как алмазы в ее серьгах и ожерелье. Блондинка улыбнулась ему и подняла свой бокал в еле заметном, но выразительном приветствии.
Ощущение триумфа пронзило Рокко. Он поднял свой бокал в ответном салюте. Мысль о том, что его усилия по завоеванию безукоризненной мисс Хоноры Винсроп не прошли даром, разлилась по венам подобно нектару. Рокко никогда не осмеливался мечтать о том, что он будет принят в обществе подобном этому и станет его частью.
Наконец-то он сможет окончательно позабыть о годах, проведенных в трущобах бедного итальянского квартала, где жил подобно дикарю, попадая из одной неприятности в другую. Сила воли, целеустремленность и ум позволили ему проложить себе путь в мир благополучия.
Рокко поставил пустой бокал на поднос, вовремя подставленный внимательным официантом, и отказался от тут же предложенного ему полного. Привычка быть начеку укоренилась в нем подобно клейму. На секунду он вспомнил о жуткой татуировке, с которой ему пришлось жить долгие годы, пока не появилась возможность удалить ее. Это было первым, что он сделал по приезде в Лондон почти пятнадцать лет назад. Рокко ощутил, как его кожу начало покалывать. Впрочем, он быстро стряхнул с себя эти мысли и отправился заявлять свои права на мисс Хонору Винсроп. Он находился там, где хотел быть. Он получил то, за что боролся!
Внезапно взгляд Рокко остановился на довольно странной фигуре. Женской фигуре. Сразу бросалось в глаза то, что незнакомка не была и наполовину столь же элегантной и обольстительной, как другие женщины вокруг. На ней было платье неудачного фасона, а прическа представляла собой хаотичный клубок ярко-рыжего цвета. Нечто первобытно-дикое проступало во всех деталях ее облика, загадочным образом взывая к чему-то столь же древнему и дикому в его существе. Рокко мгновенно позабыл о цели, которая еще миг назад владела им. Он не мог оторвать глаз от загадочной незнакомки. Сам того не заметив, он сменил курс и двинулся по направлению к ней.
Грейси О’Брайен пыталась выглядеть беспечно, словно привыкла быть гостьей на сверкающих приемах в самых престижных местах Лондона. На самом деле она работала официанткой в заведениях, где мужчины частенько хлопали ее по заднице и говорили грубые комплименты.
Грейси стиснула зубы, с горечью думая о том, что полученная ею с таким трудом академическая степень по искусству оказалась никому не нужной. У нее была мечта. Но, к несчастью, мечта требовала финансирования, а сейчас перед Грейси стояла другая задача – выжить.
Грейси мысленно встряхнулась, прервав несвоевременно начавшийся самоанализ. В голове настойчиво зазвенела другая мысль: «Куда подевался Стивен?» Сегодня она пришла сюда только ради него. Ее губы сжались. Напряжение от пребывания в таком обществе не отпускало ее, а еще – привычная тревога, которую она почти постоянно испытывала за брата.
Грейси заставила себя расслабиться. Этот ежегодный благотворительный прием, устроенный компанией, на которую сейчас работал ее брат, предвещал поворотный момент в его жизни. Видимо, это объясняло его нервозность в последнее время. Она должна перестать переживать за Стивена. Им уже по двадцать четыре года, но она никак не могла освободиться от чувства ответственности за него – ведь это было ее обязанностью всегда, сколько она себя помнила. Однажды Грейси оказалась единственной, кто встал между Стивеном и каким-то задирой. У нее до сих пор остались шрамы после переделки, в которую она попала, защищая брата.
Мать никогда не позволяла Грейси забыть о том, что ее любимый сыночек долго был на пороге смерти, тогда как дочь отличалась неприлично хорошим здоровьем. Прощальными словами матери были: «Я бы взяла его с собой, а тебя оставила, если бы могла. Желанным ребенком был только он. Но он слишком привязан к тебе, а у меня другие проблемы».
