Вэйд Даморри — наследник богатого рода и мечта всех девушек… Наша встреча обернулась катастрофой, но благодаря ей во мне пробудилась магия. Говорят, это верный признак истинной пары. Вздор! Между мной и Вэйдом истинная только ненависть.Но мне предстоит учиться под его кураторством в Главной Магической Академии, куда я попала чудом и вопреки всем законам. Вэйд здесь — король, а я — изгой. В его силах превратить годы моей учебы в кошмар.А я просто хочу закончить Академию. Желательно без проблем. Но один маленький промах может стоить мне всего — я по ошибке поцеловала Вэйда Даморри. Какого черта он ответил? Теперь нашу связь не разорвать!
Это был особый день. День, когда я впервые вошла в ворота Главной Магической Академии в качестве студентки.
Не верилось, что я имею право здесь находиться. Стоять на каменной мостовой, заглядывать в сводчатые окна, касаться древних, покрытых мхом стен. От осознания этого факта по венам бежали веселые искорки, будто вместо крови в них циркулировало игристое.
Это был день приема первокурсников. Внутренний двор Вышки, как прозвали Академию, заполонили студенты. Все нервничали и были перевозбуждены. Меня тоже потряхивало. Еще бы! Мы прошли серьезный отбор. Как вспомню экзамены и подготовку к ним, так вздрогну. Десятки бессонных ночей, бодрящий напиток на завтрак, обед и ужин, и нервный тик в качестве бонуса.
Желающих поступить было по двадцать молодых магов на место, но выбрали именно нас. Остальным придется довольствоваться учебными заведениями попроще.
Нервничая, я безотчетно терла запястье, где золотом переливался иероглиф в форме птицы. Безумно хотелось призвать личного сателлита, поддержка мне сейчас не помешает, но я себя сдерживала. Не маленькая уже, чтобы в случае чего бежать за помощью.
Другие студенты тоже не торопились вызывать сателлитов. А ведь он есть у каждого мага. Сам по себе человек не обладает силой, только его спутник-сателлит. Поэтому их еще называют «душой мага».
Обычно спутник рождается вместе с магом и проявляется иероглифом на запястье. Но в моем случае было иначе. Пятнадцать лет я была просто человеком, без магии. А потом появилась Кат
Вообще-то ее полное имя — Катастрофа, но об этом знаем только мы с ней. Все из-за магии. Каждый раз, когда Кати ее применяет, это выливается в сущий кошмар. Не сосчитать, сколько раз она разрушала мою комнату, а еще подпалила мне волосы, пытаясь быстро их высушить, и уничтожила половину гардероба.
И это далеко не полный список ее грехов. Но я списывала все на необычное появление Кати. У других магов было много лет, чтобы их сателлиты выросли и окрепли. Мне же досталась взрослая особь. Ей просто нужно время, чтобы освоиться.
Была у нас с Кати и еще одна интересная особенность — я ее слышала. Голос Кати звучал прямо в моей голове. Сейчас она восторженно верещала о том, как ей нравится Академия.
— Ух ты, какие витражи! А направо, направо посмотри. Видела, из трубы валит разноцветный дым?
Я лишь снисходительно улыбалась и молчала. Мне-то придется говорить вслух. Не хватало еще, чтобы все подумали, будто я не в себе. Ведь другие маги не слышат своих сателлитов. В этом плане мы с Кати особенные.
Неподалеку от ворот первокурсников разделяли на потоки по кафедрам.
— Диондра Арклей! — выкрикнули мое имя, что вызвало немалый интерес среди студентов.
Высшие фамилии знати на слуху и в единственном числе. Все в курсе, что у Арклеев одна дочь и зовут ее Грэйс. А тут вдруг я.
Игнорируя любопытные взгляды, я забрала свое направление и пошла к менталистам, куда меня определили по магическим способностям. Я присмотрелась к сокурсникам. Все, как ожидалось — богатые, знатные, одним словом, хозяева жизни, привыкшие вытирать о других ноги.
Быть чьим-то ковриком не хотелось, и я заранее готовилась к противостоянию. Одна против всех! Или все-таки нет? Вон та темноволосая девушка и парень рядом с ней одеты по-простому. Никакой пошитой по личным меркам одежды — дешевая ткань, заплатки на локтях. На знать не похожи. Еще и держатся вместе. Парочка? Нет, судя по внешнему сходству, брат и сестра.
Я сама была где-то посередине между верхами и низами. Босячка, которой придали внешний лоск. Но меня не трогали ни насмешки будущих сокурсников, ни намеки, что мне — бывшей беспризорнице — не место в этих величественных стенах. Ничто не могло омрачить лучший день в моей жизни. По крайней мере, я в это свято верила.
Старшекурсники закончили разбивать молодняк на группы и повели их к нужному крыльцу. Академия делилась на кафедры — у каждой свое отдельное здание, между которыми тянулись переходы, соединяя Академию в единый архитектурный ансамбль.
Нашей группе предстояло идти дальше всех, в последнее крыло. Мы миновали кафедру Телекинеза, где даже статуи на крыльце не стояли на месте, как положено, а левитировали в воздухе.
Кафедра Стихий, объединяющая в себе водников, огненных и земляных, отличалась тремя скульптурами перед входом — фонтаном, вечным огнем и земляной насыпью.
Мы прошли Врачевателей, Боевую кафедру, Зельеваров. У крыльца последних провожающий нас старшекурсник ускорился, предупредив:
— Не дышите глубоко! Опять они свой котел раскочегарили. После прошлого раза мы замучились прыщи выводить, — он ткнул пальцем куда-то вверх.
Я запрокинула голову и увидела трубу, из которой валил сиреневый дым. Именно им восхищалась Кати. Я на всякий случай задержала дыхание. Прыщи мне точно ни к чему.