Два последних перечисления ему явно пришли по вкусу. Габриэль уже предвкушал, как они сыграют несколько партеек, как он оккупирует библиотеку, выискивая интересную для себя литературу. Но, а позже, когда сидеть в четырех стенах будет скучно, выберутся в город.
— Не становится легче? — альфа зашел в комнату, держа в руках поднос. — Может, врача вызвать?
— Винсент, я сам врач, — Габриэль приподнялся, скривив забавно лицо, и принял из рук стакан холодного лимонада. Освежающий, он хорошо помогал утолить жажду, а когда холодное стекло омега приложил ко лбу, прикрыл глаза. Минутный кайф.
— Себя лечить сложнее. Сейчас в бассейне вода отличная.
— Это переутомление, только и всего. Пройдет после хорошего отдыха. Единственное, что я бы таблетку принял, голова болит.
— Сейчас принесу, — Винсент вздохнул, вновь поднимаясь. Что ж, он поверит своему доктору-маньяку.
***
Восстанавливаться пришлось долго. После принятия таблетки, Габриэль все же отправился в душ. Он хорошо охлаждал разгоряченную кожу и вместе с тем голову. Они приехали ближе к полудню, сейчас же время переваливало за вечер.
— Я тут подумал, — Винсент сидел кресле, — не хочешь сейчас по округе прогуляться? Места тут красивые, хоть и полно вилл.
— Хочу, — отозвался омега, в этот момент находясь на сто тридцать шестом разе расчесывания волос на правой стороне.
— Ты все еще такой беспомощный, — Винсент с ухмылкой поднялся и перехватил гребень.
— Я и сам могу привести их в порядок.
— Можешь? — цокнул языком Винсент, ловко расчесывая пепельные шелковые прядки.
— Представь себе, — Габриэль поймал взгляд через отражение. — Я как-то справлялся двадцать два года.
— Даже не могу представить как, — Винсент притворно грустно вздохнул.
— Молодец, одной фразой оскорбил до глубины души.
Габриэль опустил глаза на свои руки. От нечего делать он издевался над лентой для волос: перекручивал, заворачивал, наматывал на палец.
— Я ведь их и обрезать могу. Тогда и проблем не будет.
— Если ты посмеешь отрезать волосы, я тебя очень сильно выпорю, — прорычал на самое ухо альфа.
Мурашки поползли по телу. И что главное, не от страха, а возбуждения. Омежья сущность всегда была падка на доминантность альфы. А когда тот показывал недовольство, с соблазняющими рыками, то просто растекалась.
— Но ведь я беспомощный по твоим словам. Не могу с ними справляться.
— А еще куплю кляп, — куснул за ушко, — пополню набор игрушек, — пальцы быстро заплели тоненькие косички с двух сторон.
По сути, от них не было толку, просто дополнительная красота. И сразу ясно, что пойдет омега с распущенными волосами. Так что несчастная лента была положена на свое место.
Винсент уловил взгляд омеги.
— Хочешь с лентой?
Тот лишь коротко кивнул.
Винсент перехватил ленту, собирая волосы в высокий хвост и оборачивая ленту дважды. Затем подхватил две косички и их концы спрятал еще в один оборот ленты, завязывая бантик, который просто свисал под хвост, а косички теперь создавали полукруг, длинной до шеи. Челку Винсент слегка зачесал набок.
Рассматривая созданное на голове чудо, Габриэль не с того ни с сего сделал селфи. А на вопросительный взгляд альфы пояснил:
— С этого дня запечатляю твою и Мейлин фантазию над моими волосами. А затем решу, кто из вас по праву получает приз «стилист года».
— Думаю, главный приз я все-таки и так получил, — Винсент наклонился и поцеловал метку. Приз «стилист года» его не волновал. Волновало нечто совсем другое.
Рука, что все еще сжимала телефон, опять поднялась на уровень лица. Габриэль порылся в функциях, переходя на режим фотосъемки, и сделал еще одно селфи, но уже с альфой.
— Наше первое совместное фото в домашней обстановке, — улыбнулся он, открывая полученный снимок.
— Правда что ли? — удивился Винсент. Ему и в голову такого никогда не приходило, что надо сфотографироваться дома.
— Я недавно об этом подумал. Хотелось бы хоть одну фотографию нас с тобой в фоторамку. Ты так не считаешь? — Габриэль прижался спиной к груди мужчины, и откинул голову ему на плечо.
— Если хочешь, — Винсент обнял за плечи. — Хотя я редко фотографировался, если это нечто не официальное, примерно: «Винсент, надо сделать фото и отправить его бабушке!» «Винсент, иди сюда, надо сделать фотографию и повесить на стену, а то у всех родственников так висит».
— Винсент, надо сфотографироваться со своим омегой, не упрямься, — пародировал Габриэль с тихим смехом.
— Да я как-то не против, если тебе хочется, — усмехнулся альфа, целуя висок.
— Пора уже начинать семейные фотографии.
Габриэль отстранился, уходя к шкафу, куда развесили вещи.
— Семейные фото, — вздохнул Винсент. — Если это будет не формальность, то я не против.
— Не будет со мной никакой формальности, — Габриэль открыл дверцу и за ней скинул с себя халат, оставаясь обнаженным. — Только домашняя обстановка. Не нужно держать лицо и думать над позой. Только быть собой.
— Придется тебе меня этому учить, — Винсент скользнул взглядом по прекрасной фигурке.
