— Прости, — Винсент сел рядом, — я просто волнуюсь.
— В конце концов меня там не сожрут. Ну, вынесет твоя сестра мне немножко мозг, может быть унизит, привыкать не приходится. Под конец перебесится, если уж совсем ей не понравлюсь, и отпустит с миром. Я так считаю.
— Знаю, — вздохнул альфа. Руки тряслись, как у первоклашки, получившего пару. — Она хорошая, любит своих, хоть и своеобразно. Но все равно страшно тебя ей представлять. Она ведь может неосознанно задеть тебя за живое.
— Я тебя умоляю, — с улыбкой омега накрыл его руки своей ладонью. — Кому ты это говоришь? Но даже если как-то и заденет, я считаю это оскорблением не столько в мою, сколько в твою сторону. Должно же быть хоть какое-то уважение к твоему выбору. К тебе в конце концов. Ведь я не какой-то второсортный омежка для недолгого отношения — я твой истинный.
— Она всегда уважала мой выбор, но все равно чихвостит на раз два.
— Тем более тогда не вижу причин для паники, — Габриэль так же быстро поднялся, как и сел. Прическа в порядке, костюм в порядке — на люди показываться не стыдно. — Поехали уже. Чем быстрее доедем, тем лучше.
— Так, а мы все взяли? — стал осматриваться альфа, напоминая Габриэлю себя, когда тот покидал свою квартиру.
— Абсолютно, — устало прикрыл глаза. — Все давно загружено в машину. Осталось только тебя одеть.
— Я так поеду, — окинул взглядом свои брюки и рубашку.
— На улице зима.
— А ты о куртке, — сам себе кивнул Винсент, поднимаясь с дивана, — я пальто зимнее надену.
В итоге время нарочно оттягивал с одеванием. Габриэль первым облачился в верхнюю одежду и чуть не сжарился, пока ждал своего горе-альфу. А уже в машине, когда они выезжали на дорогу, волнение начало передаваться и омеге. Но, кажется, успокаивался Винсент, понимая, что он больше себя накручивает. В итоге он просто взял омегу за руку, дабы успокоить нервы окончательно, чувствуя, как пальцы крепко сжимают.
Ехали они около часа, выезжая в пригород, где уже не было многоэтажных домов, а стояли коттеджи.
— Вся семья будет в сборе? — на всякий случай уточнил Габриэль.
— Нет, — улыбнулся Винсент, — всеми родственниками мы собираемся только на грандиозные события, а тут чисто семейные посиделки, Френсис с Алексисом, может, подъедет Танако.
Альфа стал заворачивать к одному из домов, переезжая тротуарную дорожку и останавливаясь перед двухэтажным коттеджем. Скромный дом, но, сразу видно, что отстроен со вкусом. Он был довольно не плох и вносил собой некую двоякость: между простотой и роскошью. Омеге понравился и район и сам домик семьи Мидлфорд. В какой-то момент и волнение отошло.
— Красиво выглядит. Как-то по-домашнему что ли.
— Да, — улыбнулся Винсент, — Френсис любит уют в небольшом пространстве.
Альфа вылез из машины и, по обыкновению, помог выбраться и любимому. Рука того немного подрагивала. Габриэль помог с подарками и, уже стоя у двери, возникло желание развернуться и уехать обратно домой. Столь по-детски, что он тут же себя одернул и первым позвонил в дверной звонок.
Винсент одобрительно улыбнулся. Сам он почти не волновался. Будь что будет.
Дверь им открыл Алексис, с минуту еще не понимающий, что происходит. Однако, сообразив, что шурин приехал с омегой, радостно поприветствовал.
Винсент, пройдя в дом вместе с Габриэлем и обняв зятя решил, что сейчас самое время представить своего спутника:
— Алексис, позволь тебе представить моего омегу. Габриэль, это Алексис — муж моей сестры.
— Очень приятно, — слегка склонил голову в приветствии.
— Взаимно, Габриэль, — не переставая улыбаться, ответил Алексис и вдруг взял руку омеги в свою, целуя тыльную сторону. Не ожидавший подобного Габриэль почувствовал неловкость.
— Не смущай его, джентльмен блин, — захохотал Винсент.
— Твой смех разбудит Эдварда, — на лестнице послышался женский недовольный голос. — Ты слишком громкий, Винсент.
— Прости, дорогая сестренка, — широко улыбнулся альфа. — Я не со злым умыслом.
Супруг Френсис показался Габриэлю очень любезным и милым человеком. И эти старые традиции, что уже давно не в моде — оказывать подобное уважение слабому полу — смущает и немного выбивает из колеи. Но в себя омега приходит, стоит завидеть хозяйку дома. Нахмуренны брови, поджаты губы и взгляд недоволен. Если бы женщина улыбнулась, Габриэль мог бы сказать, что она очень красива. А так… лицо, словно не знающее улыбку, портит все впечатление. Как и холодный тон.
— Так значит ты мне все-таки солгал, — недовольно произнесла женщина, окидывая взглядом омегу брата.
— Френсис, если бы ты знала, сколько раз я тебе лгал, ты бы четвертовала меня своей любимой шпагой, — отшутился Винсент.
— Тц, — отвернулась от брата. — Я Френсис, — обратилась она к Габриэлю. — Будь добр, представься.
Приказный тон не понравился омеге. Впрочем, оно и не удивительно. Сухость в голосе не способствовало симпатии.
— Мое имя Габриэль Милтон. Рад с Вами познакомится, миссис Мидлфорд.
— Можешь звать меня Френсис, — так же сухо кивнула женщина, возвращая свое внимание брату. — Ты опоздал на полчаса, Винсент.
— Каюсь, за мной грешок, — пожал плечами альфа.
