— Ещё и имя какое дурацкое! «Армстронг»! Ха! Видимо, твои родители были теми ещё клоунами! — заявил второй, присоединяясь к издёвкам первого.
«В детском доме для меня открылась новая жизнь, которую вряд ли можно было считать лучше прежней. Тут беспричудных также не любили и часто издевались над ними. Я был не одним ребёнком здесь, кто не имел способностей, но я был именно тем, над кем больше всего издевались. Как они говорили, это было куда веселее, ибо я выдавал гораздо больше эмоций, чем те, что находились здесь уже давно. Кажется, другие беспричудные уже привыкли к ежедневным издевательствам, так что перестали сопротивляться, плакать и кричать, что, безусловно, не приносило веселья задирам. Я же был совсем другим — более живым. По этой причине мне больше всех и доставалось. Конечно, я пытался сопротивляться, но все мои попытки заканчивались тем, что меня избивали при помощи причуд. У кого-то был огонь, кто-то усиливал свои конечности, а кто-то даже владел причудой дыма. Задиры часто комбинировали их, чтобы нанести мне больше увечий, дабы я больше страдал. Это приносило им массу удовольствия, в чём они себя никогда не ограничивали, проворачивая одно и то же день за днём. Это не было моим самым трудным временем, но отпечаток на моей психике точно имел место быть.»
— Почему я опять виноват? Я же ничего не делал? — возмущался Армстронг перед учителем, который обвинял его в проступках других ребят.
— Не смей так со мной разговаривать, ничтожество! Если я сказал, что ты виноват, то ты виноват! Закрой свой рот и просто принимай, что тебе дают, пока тебе не стало ещё хуже! — издевался над ним учитель, который тоже был поклонником клуба превосходства причуд. — У тебя и так нет будущего, так что просто радуйся тому, что хоть кто-то обращает на тебя внимание.
