— Ты про бабу с двумя детьми? Мы их прикончили ещё до того, как вы сюда пришли. — ответил он, после чего мои глаза раскрылись настолько широко, что Бутчер аж в очередной раз посмеялся. — Удивлена? Мы бы не стали держать пленников, зная, что вы можете скрыться, когда найдёте и освободите их. Так мы бы не получили боя с вами, а это значит, что не смогли бы уничтожить вас. Не хотелось бы, чтобы нам не заплатили. — закончил он.
— Заплатили? — переспросила я, надеясь получить больше информации.
— А как же без этого? Просто так бы мы вас, хуесосов, истреблять не начали. Или же ты думаешь, что нам делать нечего? — задал вопрос он и неприятно ударил меня стволом оружия по челюсти.
В этот же момент в комнате показались остальные двое головорезов, которые, судя по всему, уже закончили с моими товарищами. Их одежда была полностью запачкана кровью, а их лица выражали самое настоящее удовольствие, от чего было немного страшно.
— Уже закончили, парни? — спросил Бутчер, ухмыляясь.
— Они оказались гораздо слабее, чем мы думали. — ответил ему мужчина со странным акцентом, напоминающим немецкий.
— А ты тут играешься? — спросил второй, посмотрев на меня.
— Решил оставить её в живых. — спокойно сказал Бутчер, приподняв мой подбородок дробовиком. — Кто-то же должен будет описать весь ужас Вильяму, верно?
— Странно, что его самого нам не приказали прикончить. — высказался тот, что с акцентом.
— Это не наше дело. — отрезал второй. — Если наша задача выполнена, пора уходить.
— Как скажешь. — безразлично ответил Бутчер, после чего посмотрел на меня хищным взглядом. — Не забудь ни о чём, малышка. Расскажи Вильяму всё, что тут произошло. И да, трупы его семьи находятся на подземном этаже. — продолжил он, после чего занёс оружие для удара. — Спокойной ночи! — попрощался он и нанёс сильный удар по моей голове, от которого я потеряла сознание.
Пришла я в сознание лишь на нашей базе, на которую меня доставил дополнительный отряд, который Вильям отправил после того, как потерял с нами связь. Разумеется, ему уже было известно, что его семья убита, так что я даже испытала некоторое облегчение, осознав, что мне не придётся говорить ему об этом лично. Однако, что стало для меня настоящим удивлением, так это то, что я оказалась единственной выжившей. Видимо, только Бутчер решил смиловаться над кем-то из своих врагов. Остальные из отряда были мертвы, да ещё и убиты самым жестоким образом: кто-то был разрублен на части, а у кото-то даже не было головы — они были размазаны по бетону.
Вильям после того дня стал совершенно другим: он перестал со мной разговаривать, перестал меня тренировать, а также намеренно избегал наших встреч. Сначала я посчитала, что он до сих пор находится в шоковом состоянии, но совсем скоро мне пришлось осознать, что не это было причиной его странных действий.
И осознать мне это пришлось не самым лучшим образом из всех возможных.
Через несколько недель Вильям назначил мне встречу на одной из улиц. Встретиться мы должны были ночью. Это всё насторожило меня, ибо, если бы он хотел поговорить, он бы просто встретил меня у нас на базе, и я не понимала, почему нам нужно встретиться именно тут. В голове в этот момент крутились самые разнообразные мысли, имеющий негативный характер, но я старалась их отвергать, ибо не верила, что он может пойти на подобное. Тем не менее, голос внутри меня, буквально, кричал о том, что мне стоит бежать. Поступила ли я так, как велело моё чувство самосохранения? Разумеется, что нет, и это стало моей главной ошибкой.
Улица была безлюдной, от чего стало ещё больше не по себе. Каждая минута ожидания прихода Вильяма тянулась, как целый час. Я стояла на этой улице, ощущая, как мои нервы напряжены до предела. Я чувствовала, что что-то не так, что вокруг меня таится опасность. Мое сердце колотилось так быстро, что я даже не могла дышать нормально. Каждый звук, каждый шорох заставляли меня вздрагивать и внимательно оглядываться по сторонам. Я старалась сохранить спокойствие, но мои руки дрожали, а глаза бегали по всему окружающему пространству, ища угрозу. Через некоторое время я начала осознавать, что моя предчувствия могут быть правдивыми. Я понимала, что могу быть в опасности и что должна быть готова к любому развитию событий. Мое тело напряглось, и я стала готова к бегству или защите, если это потребуется. Но в то же время я чувствовала себя беззащитной и уязвимой, оставшись одна на этой темной улице.
Наконец, я услышала шаги, и мое сердце заторопилось еще сильнее. Я обернулась, и мои глаза встретились с темными глазами Вильяма. Я не знала, что ожидать, но мой внутренний голос все еще кричал, что мне нужно убежать.
— Для чего всё это, Вильям? — задала я самый интересующий меня вопрос в этот момент.
— Это же ты всё устроила, да? — ответил вопросом на вопрос он.
— Ты о чём? — недоумевала я.
— Это же ты помогла тем ублюдкам убить весь отряд. — будто бы утверждал он.
— С чего это? — уже возмутилась я. — Ты думаешь, что я — предатель? Ты хоть в своём уме? Ты же понимаешь, что…
