— Только ты осталась в живых. В добавок, ты была той, кто сильно настаивал на том, что нужно отправить отряд на спасение моей семьи. Мне с самого начала показалось это странным, но теперь я точно убедился. Не могу поверить, что ты предала меня после всего того, что я для тебя сделал. — с неким сожалением в голосе произнёс он. — О моей семье знали только ты и Брэд. Последний не мог предать меня, а вот ты… в тебе я не уверен.
— Ты сошёл с ума. — констатировала я. — Ты думаешь, что я стала бы всё это делать? Ты хоть понимаешь, о чём ты говоришь? — спрашивала я, пытаясь не начать истерику. — Я бы такое никогда не сделала! Я бы… я бы никогда не сделала такое тебе. Для меня каждый человек в банде является семьёй…а ты… а тебя я вообще вторым отцом считаю! Как ты можешь говорить мне подобное? — со слезами на глазах уже кричала я.
— Ты решила мне отомстить. — заявил он, качая головой.
— Отомстить за что? — недоумевала я.
— Ты ведь уже узнала, что в ту ночь именно я отдал приказ на убийство твоих родителей, не правда ли? — ошарашил он меня.
Я почувствовала, как эмоциональный шок захлестнул меня. Я была ошеломлена этой новостью и не могла поверить, что Вильям был причастен к убийству моих родителей. Мои мысли начали бегать в разные стороны, и я чувствовала, что моя голова готова взорваться. Я была напугана и чувствовала себя бессильной перед этим ужасным заявлением со стороны Вильяма.
— Ты… что сделал? — не верила я.
— Не придуривайся. Ты узнала, что именно я тогда отдал приказ Рону, чтобы он убил твоих родителей. — продолжал утверждать он.
Мне казалось, что все вокруг замирает, и я оказалась в пустоте, где нет ничего, кроме моего страха и боли. Я была потрясена и не могла ни двигаться, ни говорить. Мое сердце стучало как будто готово выскочить из груди, и я чувствовала сильный удар в животе. Мне казалось, что я падаю в бездну и ничто не может остановить это падение. Я не знала, как реагировать на эту новость, и чувствовала, что я потеряна. В моей душе царил хаос, и я не могла понять, что мне нужно делать.
— Но… но…. Почему, Вильям? — нашла в себе силы спросить я.
— А ты не знаешь? Твои родители начали лезть туда, куда не стоит, из-за чего нам поступил заказ на них. Кажется, они начали копать под влиятельную организацию, которой удалось выяснить, что по ним работают. Как результат, её глава лично обратился ко мне с просьбой ликвидировать их, приложив к просьбе круглую сумму, от которой мне не удалось отказаться. — рассказал он с грустным лицом.
Я не могла поверить, что то, что он говорил, правда. Мои родители были добрыми и честными людьми, и я не могла представить, что они могли быть такими угрозами для кого-то. Мне было трудно представить, что кто-то мог быть настолько бесчеловечным, чтобы прибегнуть к такому методу, как убийство, чтобы защитить свои интересы. Я почувствовала гнев и обиду, которые смешались с болью и горечью. Меня охватило чувство, что все, что я знала, было ложью, и я не знала, как дальше жить в этом мире. Моя жизнь рухнула в моих глазах, и я чувствовала себя утратившей все, что было важно для меня. Но я также чувствовала себя разочарованной и преданной, что Вильям, которого я чуть ли не считала своим отцом, сделал такое. Я не знала, как могу смотреть на него и доверять ему после того, что он сделал. Я чувствовала, что мир, который я знала, разрушился, и что я осталась одна в этой безумной и жестокой реальности.
— Тебя не было в заказе, так что убивать тебя не было смысла. Я приказал Рону просто вырубить тебя, но он поступил по-другому, заставив тебя наблюдать за тем, как над твоими родными измываются. Быть может, я бы даже и не стал заморачиваться на твой счёт, но у тебя была сильная причуда, которая бы смогла здорово послужить в делах банды. Поэтому, собственно, мы и встретились в ту ночь. Знаешь, раньше я испытывал некоторое чувство вины перед тобой, но сейчас я понимаю, что не стоило. Ты оказалась таким же корыстным монстром, как и я. Всё это время ты готовила свою месть, а когда подвернулся удачный момент, ты ударила по моему самому уязвимому месту — по моей семье. Браво, Кошка — ты не менее корыстный и безжалостный монстр, чем я. — с некой иронией закончил Вильям, отведя взгляд в сторону.
От этих слов мне было… больно. Весь мой внутренний мир рассыпался на кусочки, и теперь, как мне казалось, его невозможно было собрать снова в цельную картину. На душе стало пусто, а в голове наступила тишина.
— Пора заканчивать этот спектакль, Кошка. Я… я не хочу этого делать, но то, что ты сделала с бандой и моей семьёй, не оставляет мне другого выбора. — сказал он и снял с себя куртку, откинув её в сторону.
