— В таком случае начну я. Быть может, моя история подстегнёт тебя рассказать свою. — спокойно ответил на слова собеседника Дженсен, приняв более расслабленную позу. — Ты уже многое знаешь обо мне, если так подумать, но за спиной у меня ещё куча историй, которые только и ждут момента, чтобы быть рассказанными. Одну из таких я озвучу прямо сейчас, так что слушай внимательно. — ухмыльнулся мужчина. — Дело было в те самые военные времена. В одном из отрядов был парнишка по имени Сэм. Все знали Сэма — добрый, отзывчивый и весёлый парень, с которым всегда приятно поболтать. Жёсткий пацифист, скажу я тебе. — в этом моменте мужчина издал лёгкий смешок. — Никто из нас не понимал, как его вообще отправили на войну, но назад его, увы, было никак не отослать, так что приходилось терпеть его миролюбивую задницу на поле боя. Тем не менее никто из нас не мог сказать, что мы были против такого. Всем нам нравилось общаться с ним, да и он всегда приходил к нам на помощь, когда это действительно требовалось. Он умудрялся поддерживать нас огнём, поддерживать нас психологически и даже физически, помогая справиться нам с нашими травмами. В общем, хорошим пареньком Сэм был.
Син внимательно слушал рассказ Дженсена, не отрывая глаз от его лица. Его глаза сверкали в полумраке подземной парковки, словно звёзды в ночном небе, горящие в ожидании продолжения истории. Дженсен, в свою очередь, рассказывал с явным энтузиазмом, иногда жестикулируя, чтобы подчеркнуть какие-то детали. Он словно вернулся в прошлое, в те моменты, которые он описывал, и в его голосе звучала смесь ностальгии и грусти.
— Он был тем парнем, который верил в добро, даже когда вокруг нас была адская разруха. Он убеждал нас, что после всего этого, после войны, мир снова станет ярким и красочным. — Дженсен улыбнулся, вспоминая своего друга. — Но, увы, мир не оправдал его надежд. Однажды, когда мы были в тяжелом окружении и наши шансы на выживание казались минимальными, Сэм решил пойти на переговоры с врагом. Он был уверен, что мир можно достичь даже среди хаоса.
В этот момент его рассказ резко остановился, а самому мужчине, казалось, стало не по себе. Тем не менее через несколько секунд он продолжил историю:
— Он вышел к ним с белым флагом и такими же чистыми намерениями, но один из фанатиков прострелил ему живот. Мы тут же сорвались в бой. Несколько наших тут же полегло на месте от пулевого ранения в голову. Наши враги были готовы к нашей агрессии, потому ничего противопоставить мы им не могли. Нужно было уходить. Двое из нас попытались эвакуировать Сэма, но, увы, быстро лишились жизни. Никто не хотел бросать этого паренька. С этим нужно было что-то делать, и тогда в мою голову пришла идея, за которую позже меня возненавидели все. Я достал пистолет из кобуры и, смотря Сэму прямо в глаза, выстрелил ему в голову, оборвав его жизнь.
Дженсен закончил свой рассказ, и в момент молчания, которое наступило после его слов, в подземной парковке воцарилась глубокая тишина. Син видел, как его напарник с трудом сдерживает свои эмоции. Глаза Дженсена отражали множество чувств: грусть, вина, страх перед собственным прошлым. Он медленно опустил голову, словно пытаясь уйти от воспоминаний, которые его слова вызвали. Его руки сжались в кулаки, а пальцы нервно дрожали. Весь его облик выражал глубокую душевную боль. Он смотрел в пол, избегая встречи взгляда с Сином. Парень мог только представить, какое чувство вины и страха переполняло Дженсена после того, как он вынужден был сделать такой ужасный выбор.
— После этого мы смогли выйти из окружения и отступить. В тот день многие посчитали нужным ударить меня по лицу. И я им давал это сделать, ибо понимал, что действительно поступил жестоко. Тем не менее только благодаря этому мы смогли выбраться из ужасного положения. Я до сих пор виню себя за смерть Сэма, но иначе я поступить не мог. — тяжело вздохнул мужчина и посмотрел на паренька с грустной улыбкой. — Как-то так.
Слушая завершение рассказа своего напарника, Син ощутил, как его собственные эмоции начали взрываться внутри него. Грусть и сострадание к Тодду смешались с пониманием того, что собственное прошлое мужчины было невероятно сложным и полным трагедий. От осознания этого он понял, что прямо сейчас бывший солдат поделился с ним одним из своих болезненных воспоминаний, о котором ему явно трудно рассказывать другим, так что теперь подросток был должен ему за проявленное доверие.
— Ты можешь ничего мне не рассказывать, если не хочешь. — тут же произнёс мужчина. — О таком всегда больно говорить и…
