— В детстве я мечтала стать актрисой. Похоже, у меня действительно есть талант, — ухмыльнулась девушка и тоже встала в боевую стойку.
Дженсен и Фурия смотрели друг на друга, будто готовясь к последнему сражению. Взгляды их переплелись, словно вихрь, в котором таяли тысячи неразрешимых противоречий и непостижимых тайн. Они оба знали, что это будет бой на выживание, где только один из них сможет остаться на ногах.
И никто из них не собирался уступать другому.
Фурия первой подала признаки движения, резко отпрыгнув в сторону и схватив за стойку одного из барных стульев. Она с легкостью крутила его над головой, будто боевое колесо, и затем метнула его в сторону Дженсена. Мужчина увернулся от метательного оружия, но на мгновение ослабил внимание, что девушка не упустила. Она уже двигалась к нему, перепрыгивая через столы, кружась вокруг противника, пытаясь немного запутать его. Она с легкостью перепрыгивала через низкие препятствия, будто бы проплывая между ними, всё ближе и ближе подбираясь к противнику. Она достала из кармана еще одну светошумовую гранату и бросила её в тот момент, когда Дженсен тоже решил приблизиться к ней. Вспышка оглушающего света и звука наполнила бар, заставляя всех замереть на месте. Фурия воспользовалась хаосом, подбежав к Дженсену, она развернулась, чтобы ударить его по лицу, но он успел увернуться в последний момент. Он схватил её руку, которая еще не опустилась после удара, и сжал её с такой силой, что девушка испытала ужасную боль.
Однако, Фурия не собиралась сдаваться. Она пнула его в бедро, освободив свою руку, после чего попыталась ударить его другой рукой. Они переплелись в замысловатом танце, то уклоняясь от ударов, то нанося друг другу резкие удары и пинки. Стеклянные бутылки и стаканы разбивались вокруг них, оставляя после себя мелкие и опасные осколки, которые могли причинить еще больше вреда. Дженсен попытался ударить её ногой, но она увернулась, после чего нанесла удар в его бок. Он пошатнулся, но не упал. Фурия улыбнулась, понимая, что начинает забирать инициативу. Она знала каждый его ход, каждое движение, каждую слабость. Она использовала это знание, чтобы подавить его сопротивление и нанести решающий удар.
Бывший солдат, ощущая, что Фурия начинает приближаться к решающему удару, всё больше и больше перехватывая инициативу, внезапно подхватил ее, чуть приподнял вверх и со всей силой швырнул на один из оставшихся столов. Оглушительный треск дерева разнёсся по всему бару, когда стол разломался на две части под ее телом. Девушка, охваченная болью и шоком, на мгновение ослабла, не в состоянии собраться и продолжить схватку, как и не в состоянии закричать от тех ужасных ощущений, которые она испытывала прямо сейчас.
Дженсен, видя момент слабости у противницы, решил воспользоваться им, приближаясь к ней, чтобы нанести финальный удар. Но в тот момент, когда он уже приблизился к ней и начал опускаться, девушка внезапно зафиксировала на нем болевой прием, обвив его ногами и руками. Тодд начал медленно терять воздух, которого в лёгких в данный момент было чрезвычайно мало, и его сознание под давлением, оказанным ей, начало угасать.
Он чувствовал, как его зрение начинает покрываться пеленой, а сила в его теле постепенно иссякала. Дыхание становилось все более и более тяжелым, а сердце билось все реже и реже. Он с трудом пытался освободиться от ее захвата, но все было бесполезно. Фурия держала его крепко, не давая ни единого шанса на освобождение.
Однако, силы Дженсена не покидали его полностью. Он собрал все последние остатки энергии, поднялся вместе с Фурией и со всей силы швырнул ее на стеклянные осколки спиной, падая вместе с ней на пол. Звуки треска стекла слились с их стонами боли, которые постепенно наполняли помещения.
В этот момент бар всё больше стал походить на ад. Пламя, вызванное коктейлем Молотова, вспыхнуло с удвоенной яростью, распространяясь по всему помещению. Пламенные клубы сливались с огненными языками, которые беспощадно обволакивали обломки мебели, столы, и оставшиеся стулья. Едкий дым всё больше и больше заполнял «Бессмертие», и находиться внутри становилось практически невозможно.
Дженсен медленно отполз в сторону, попутно залечивая свои раны при помощи ускоренной регенерации. Во время их с Фурией рукопашного боя последняя очень часто наносила опасные удары мужчине, в результате чего тому приходилось использовать свою причуду, чтобы не умереть, и это очень сильно сказалось на его запасе энергии — её осталось не так много, как хотелось бы.
Девушка же, немного привыкнув к боли, тоже стала подавать признаки жизни. Она попыталась тут же встать, но не смогла даже встать на четвереньки, рухнув лицом прямо на осколки, ещё больше повредив себе лицо. Однако, похоже, в данный момент ей было абсолютно плевать на свою красоту. Её главой целью было лишь одно — выжить.
— А ты хороша, чертовка, — откашливаясь, сказал бывший солдат, улыбаясь, — Почти грохнула меня! Те фанатики в Ираке могут позавидовать твоим успехам! — болезненно рассмеялся он.
