— Я не мазохист, Бакуго. Скорее, я просто тот, кто не любит, когда подобные тебе пытаются казаться себя лучше остальных, — сказал он, пытаясь откашляться. — Ты столько раз задирал Мидорию, называя его бесполезным. Ха! Я даже подсчитать не могу, сколько раз ты его так назвал! До сих пор не можешь отделаться от мысли, что он стал лучше тебя, да, Каччан? — с усмешкой спросил Син, принимая аж два удара в челюсть.

Заткнись! Ты ничего не знаешь! — кричал Бакуго, нанося удар за ударом. — Я лучше него! Я лучше тебя! Я лучше всех вас! Никакой чёртов Деку не станет для меня угрозой! — произнёс Кацуки, пытаясь нанести ещё один удар, но тот был перехвачен рукой Сина, что плотно сжал кулак соперника.

— Знаешь, в чём заключается ирония? — спросил Айкава, смотря Кацуки в глаза. — Прямо сейчас ты тоже Деку, — произнёс со злобной ухмылкой он, после чего поднёс руку к животу Бакуго и произвёл мощный взрыв, который отбросил тело блондина за пределы арены.

Тишина. Все смотрели на Сина, который продолжал светить своей дьявольской улыбкой, смотря на зрителей.

— Тодороки Шото и Кацуки Бакуго за пределами арены! — произнесла Полночь, пытаясь прийти в себя. — Победитель — Айкава Син!

Невероятный бой. Непередаваемые эмоции. Кровь застыла в жилах, а рот был открыт в немом крике. Что-то так сильно будоражило и пугало мой ум одновременно. В этот момент я чувствовал, что сердце моё готово выскочить из груди. В моей голове было так много мыслей, что я потерял дар речи. Мои руки дрожали, а ноги стали ватными. Всё вокруг казалось смутным и нереальным, словно я оказался в кошмаре, откуда нет выхода.

И это чувствовали все остальные зрители, что наблюдали за Сином на арене и через телевизор.

В тот самый момент все видели в нём не героя, а самого настоящего злодея, и его аура кровожадности, которую ощущал каждый из нас, была тому подтверждением.

Ни единого голоса. Ни одного хлопка. Все со страхом смотрели на Айкаву, который прямо сейчас поднял правую руку вверх, пытаясь спародировать Всемогущего. Однако простоял он в этой позе недолго: через несколько секунд он упал лицом вниз, потеряв сознание.

И все после этого вздохнули с облегчением, включая меня.

* * *

С того момента практически никто из нас сильно не контактировал с Сином. Все как-то резко отстранились от него, включая и Джиро, что в достаточной степени удивило нас. Да и сам Айкава не особо хотел разговаривать с нами или хоть как-то взаимодействовать. Вероятно, этим самым он показывал, что не сильно нуждается в связях с нами и нашей помощи.

Сейчас это кажется диким, но в тот момент мы все считали правильным решением отдалиться от него. Нам казалось это верным действием, учитывая то, каким он перед нами предстал на спортивном фестивале. Хоть мы и не признавали этого вслух, но каждый из нас его боялся. От этого парня исходила устрашающая энергия, способная нанести вред каждому, кто решит переступить за красную черту по отношению к нему.

Сина даже никто на стажировку не позвал — его испугались даже действующие герои. Впрочем, можно сказать, что они отказались от него просто из-за появившейся плохой репутации вокруг его персоны, хотя сам он не сделал ничего плохого. Всё складывалось так, будто бы кто-то специально хотел сделать Айкаву одиночкой, ибо слишком уж идеально для этого всё складывалось. Но это было больше конспирологией, чем реальными фактами, потому ни я, ни остальные не придавали этой мысли особого смысла, продолжая делать то, что казалось нам правильным.

Через несколько дней по всей стране прокатилась ужасающая новость: некто по прозвищу «Чистильщик» начал убивать героев и злодеев по ночам, причём делал он это с таким хладнокровием, что у его жертв не было ни единого шанса на выживание. Помнится, я тогда заметил в одном из видео с его участием, что его телосложение мне кого-то напоминает. Мысли тут же навели меня на Айкаву, но я тут же отбросил эту догадку, полагая, что тому, кто учится в геройской академии, нет смысла становиться злодеем.

Тогда я ещё не осознавал, что мы сами делали всё, чтобы он всё-таки встал на тёмную сторону.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги