— А вы! — крикнул Публий, обращаясь к толпе. — Вы не вняли моему предостережению! Вы безвольно сдались пороку. Вместо того, чтобы тянуться за большими людьми, расти вместе с ними, вы стремитесь избавиться от них, дабы некому было пробудить вас от прозябанья тусклого обывательского существованья. Знайте же, что, если вы будете оскорблять честных людей, среди вас переведутся Сципионы, и тогда ваш город превратится в болото, недра которого наполнятся зловонными газами, удушающими все живое!
Плебс безропотно снес от Сципиона слова, за которые растерзал бы любого другого. Но дальше испытывать терпение толпы Публию не довелось. Его обступили сенаторы, белой стеною отделив от серой массы плебса, и, наперебой воздавая хвалу ему самому, но еще более — Тиберию Гракху, стали упрашивать Сципиона почтить славного молодого человека высшею наградой. Публий не смог сделать по форуму ни одного шага пока не дал обещания обручить с Гракхом свою младшую дочь; старшая уже давно была обещана в жены сыну Сципиона Назики. Так зловещую атмосферу суда на форуме сменило свадебное настроение, и все сенаторы под предлогом какого-то религиозного праздника веселою гурьбой отправились пировать на Капитолий.
Но и этой стычкой у зловещего порога Мамертинской тюрьмы неприятности Сципиона не закончились. В тот же день, вернувшись домой с праздничного обеда на Капитолии, он столкнулся с не менее грозным противником, чем Катон или Теренций. После всех фальсифицированных процессов ему довелось принять настоящий суд разгневанной Эмилии, которая, узнав о том, что муж без ее ведома просватал младшую дочь, пришла в неистовство. В таком состоянии она могла бы встретить мужа с мечом в руках, если бы не была уверена, что пронзит его острым словом и испепелит взглядом. Долгое время копившееся в ней недовольство поведением Публия и вопиющей неблагодарностью сограждан наконец получило законный повод излиться наружу, и произошло извержение. Гнев, как раскаленная лава, хлынул на усталого после путешествия из Этрурии и схватки на форуме Сципиона, а заодно — и на провожавших его друзей, сметая с их лиц последние цветы доброго настроения и оставляя за собою безжизненный рельеф уныния.
Ситуация была критической. Тут Публию не способны были помочь ни слава его побед над карфагенянами, ни ссылки на волю Юпитера. Однако судьба пощадила знаменитого императора, внезапно обнажив брешь в наступательных порядках врага, и позволила ему с честью выйти из, казалось бы, безнадежного положения.
— Я не потерплю никаких оправданий! Ты поступил бесчестно, подло по отношению ко мне и нашей маленькой Корнелии! — кричала она, этими громогласными восклицаниями сопровождая молнии, метаемые из глаз. — Каков бы ни был твой выбор, знай, тебе не будет снисхожденья… даже, если ты назначил ей в мужья Тиберия Гракха!
При этих словах уже готовые впервые в жизни обратиться в позорное бегство Сципион и его легаты вдруг разразились гомерическим смехом. Они смеялись так искренне, что Эмилия пришла в замешательство и даже замолкла. Будучи опытным полководцем, Сципион мастерски воспользовался минутной слабостью неприятеля и без промедления предпринял контратаку.
— Мы зря с тобою ссоримся, нежная моя красавица, — сладко произнес он, обнимая жену обволакивающим взором, которым, несмотря на весьма прозрачную иронию, в самом деле превратил ее в нежную красавицу, — у нас с тобою очень много общего во взглядах и вкусах. Основываясь именно на этом сходстве, я и выбрал нашей прелестной Корнелии жениха, а зовут его как раз Тиберий Семпроний Гракх.
Эмилия улыбнулась такой забавной развязке конфликта, но тут же снова приняла строгий вид на зависть самому суровому претору, а пожалуй что — и цензору, и повелительным тоном промолвила:
— Так я же и сказала: не жди пощады, даже если это Тиберий Гракх.
— Ах, мой непреклонный император! — искрясь усмешкой, воскликнул Публий. — Я все же жду от тебя пощады и смиренно припадаю к краю твоей триумфальной столы в надежде вымолить прощенье, ибо что еще остается в удел несчастному преступнику!
Мир был восстановлен и закреплен за легким ужином кубком, пригубленным всеми присутствующими, включая Эмилию.